Король плоти и костей

Вырвался ли Джон из гроба, выполз ли из грязи? Поковылял ли к башне, рухнул ли где-то на полдороге, чтобы какой-нибудь незнакомец наткнулся на него и швырнул в яму? Какова вероятность, что папа закончил то, что я начала, и…

Папа! Он же с ума сходит от беспокойства!

Я бросила взгляд на Орли, которая возилась с глиняной посудой.

– Часы? Дни?

– Мертвых время не заботит, – ответила она. – Миг. День. Вечность. Нам все равно. Со временем и те станет все равно.

Дрожь вернулась, кожа покрылась мурашками; в комнате было так холодно, что дыхание вырывалось изо рта густыми клубами.

– Мне нужно вернуться домой.

Подол платья Орли в сине-зеленую клетку колыхнулся, когда она развернулась и присела возле меня с маленьким кувшинчиком в руках.

– Мясо остыло, зато хлеб свежий. Но сперва глотни-ка вот энтого.

Гладкая глина прижалась к моим растрескавшимся губам, прохладная влага смочила саднящие десны – и хлынула в горло. Вода упала в желудок, как камень, но я все равно опустошила кувшинчик.

– Смердишь гнилью, а гниль – эт трупы. – Она поймала мой взгляд и приподняла косматую бровь: – Ты боишься трупов?

Только когда они вдруг начинают задавать вопросы.

– Как ты двигаешься? Говоришь?

– Хозяин привязал мою душу к моему телу. – Что-то тоскливое прозвучало в ее голосе. – Мои мысли принадлежат только мне, но мое тело двигается, только если он того пожелает. Ох и гоняет он мои бедные кости по всему двору. Любит покомандовать-то, как любой мужик. Пятьдесят два года подтирала грязюку за маленькими лордами и леди.

И целую вечность прибираюсь за ним.

При одной мысли о Короле у меня скрутило желудок.

– А правда то, что о нем говорят?

– О нем много че и много где говорят.

– Ему сотни лет?

В груди старухи что-то крякнуло: кажется, она усмехнулась.

– Больше.

– На вид ему около тридцати. – Мужчина в самом расцвете сил. Я отчетливо помнила, с какой легкостью он поднял меня, пускай сознание мое и было затуманено. – Откуда он пришел? Почему проклял нашу землю?

– Никогда не говори об энтом, девка.

 – Женщина поставила пустой кувшинчик на выступ, после чего откинула меха, бросив мое голое тело на съедение ледяному воздуху. – Обтерла тя, как смогла, но шо те не помешает, так эт хорошее мытье. Вставай-ка!

– Здесь зябко, как зимой. Неужели тут нет…

– Нет огня. Никакого огня. – Невысокая полная женщина протянула мне руку. Кожу ее уже не расчерчивали черные сосуды, которые я заметила раньше.