И наступила тьма…

Я никогда и никого…

– Да какая разница, поверь, он вряд ли был хорошим человеком, да и вообще человеком, – ответил кот.

– Нельзя же оставлять на своем пути трупы. Пойми, меня ведь могут за это арестовать. Это у вас там может за убийство пальчиком грозят, а тут… – я никак не могла прийти в себя.

– Ничего нам не будет. Ты еще не поняла? Мы уже не в твоем мире, – произнес кот, шаря по карманам у несчастного, а потом добавил, – А этот тип к тому же еще живехонек, просто без сознания. От страха.

Мой пушистый телохранитель выудил у жертвы связку ключей.

Они были такие маленькие, совсем игрушечные. У меня был похожий ключик в детстве, я им запирала копилку с монетками. Неужели нас заперли на такой крошечный замочек? Один из ключиков действительно подошел к замку нашей двери.

– Пошли отсюда, – сказал котик, распахнув дверь.

И наступила тьма…

***

Я не могла вспомнить, почему оказалась на улице. Последнее воспоминание было о том, как мы вышли из той синей комнаты. Местность совершенно не соответствовала тому виду, который открывался из окна.

Никакой реки поблизости не было, и я не могла понять, откуда мы только что вышли. Будто бы я что-то упустила, какую-то незначительную часть своей жизни.

Возникает некое отвратительное чувство, когда с тобой происходят вещи, которых ты не понимаешь. Кажется, в психологии это называется разрывом шаблона. А тут не то, что шаблон, вся моя уютная обыденная реальность была растерзана на мелкие кусочки. Я пребывала в излишне растерянном состоянии, мне хотелось, чтобы это приключение поскорее закончилось.

Вокруг возвышались серые безликие пятиэтажки. Мы стояли посреди детской площадки рядом со сломанными качелями в одном из бесчисленных дворов планеты Земля. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

– Как мы сюда попали? – спросила я у своего пушистого спутника.

– Через дверь, – предельно ясно ответил кот.

Я присела на край песочницы, постаралась успокоить свои расшалившиеся нервы и упорядочить мысли.

Это самый обыкновенный двор, к тому же мне он был смутно знаком. Наверняка я прочту название улице на одном из этих домов и быстро соображу, на каком трамвае или автобусе добраться домой. И больше никаких социологических опросов и походов за сомнительными призами.

– Здесь что-то не так, – вдруг заявил кошак.

– Чего тебе не так? – едва я смогла успокоиться, как мохнатый вновь пошатнул равновесие моей психики многозначительной репликой.