Мара и Морок

Но я бы приставил к ней охранника во дворце. Охранника, которому можно доверять.

– Точно… – Принц продолжает размышлять, а я ёжусь на холодном осеннем воздухе, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Мне всё равно, что они решат, лишь бы решили быстрее. – Хорошо, Морок. Ты можешь идти.

Громила только кивает, не говоря ни слова, и спускается по лестнице. Берёт своего и моего коней под уздцы и идёт вдоль дворца, вероятно, к конюшням. Я оторопело наблюдаю за ним, понимая, что с нами во дворец он не пойдёт. Из-за этого я начинаю чувствовать странное беспокойство.

Хоть Морок и внушает ужас, но я привыкла к нему за время нашего путешествия. Да и, обладая схожей силой, он, так же как и я, не принадлежит к этому миру. А теперь я вновь остаюсь одна среди незнакомых мне людей.

Стоит мне переступить порог, миновав огромные деревянные двери, и на меня накатывают старые воспоминания о том, как я проходила по богато украшенным коридорам другого дворца, круша всё на своём пути. Как коридор с высокими потолками и тяжёлые закрытые двери, украшенные золотыми растительными узорами, стали последним препятствием на пути к моей мести.

Препятствием, которое я не смогла преодолеть. К горлу подкатывает ком из злости и страха.

Сразу после входа мы попадаем в небольшой передний зал, слева двери закрыты, а справа и прямо тянутся анфилады комнат. Также впереди чуть справа начинается широкая мраморная лестница с красным ковром на второй этаж. Я с подозрением оглядываю стены, от пола до потолка расписанные узорами из красных и золотых переплетений, к которым примешиваются элементы серебряных тонов; рассматриваю полуколонны в стенах и проёмах дверей, увитые золотыми лозами.

Поднимаю взгляд к украшенному лепниной потолку – массивные позолоченные люстры давят, несмотря на высоту, на которой подвешены. Всё как-то слишком дорого и громоздко.

– Ты права, Агата. Неправильно будет тебя тащить к отцу в таком виде. Пойдём.

Я направляюсь за принцем на второй этаж, и он сворачивает направо в коридор.

Здесь темнее, потому что нет окон, но огня свечей в подсвечниках на стенах достаточно, чтобы можно было всё рассмотреть. Пройдя почти до конца, Даниил останавливается перед резной дверью, ничем не отличающейся от пяти других, которые мы только что миновали.

– Это будет твоя комната.

Я не успеваю ничего ответить, как он распахивает двери. Непроизвольно жмурюсь, ожидая, что помещение будет похоже на тюремную камеру, только вычурно сверкающую золотом и украшениями.