Про любовь, ментов и врагов

– Да ты что, Тиграша? – обрадовалась Верка, – Ты теперь главврач? Ну поздравляю, ну молодец! И вот так, втихомолочку, без спецмероприятий?

– Штол, конесно, са мной, – прошепелявил Тоникян с набитым ртом, – но я хочу отметить назначение специфически. Я вот думаю, может, и тёще своей сделать такую пластическую операцию: и она обрадуется, и мне не так противно будет смотреть.

Шварц и Верка дружно загоготали.

– И чем эта бедная женщина на этот раз не угодила? – спросил Шварц.

– По большому счету, она мне не угодила тем, что лет через двадцать-тридцать моя жена может превратиться в такое же недоразумение с рентгеновским взглядом и убийственными представлениями о моде. А по ещё большему счету – тем, что она старая. А старух любят только альфонсы и некроманы…

– Дурак ты все ещё, Тиграша, как я погляжу. Старых женщин не бывает: бывают женщины до самого последнего вздоха, как бабушка Шварца.

Или бесполые тяни-толкаи, у которых ножки вперед топают, а слезливая башка на задницу повернута, – обрезала его Верка.

– Вот из-за таких пагубных теорий, Верочка, армянское общество может разрушиться, между прочим, – застыл Тоникян с вилкой в руках. – Женщина имеет право быть женщиной только в вегетативном возрасте. Дальше – это уже никак не женщина, а бабушка, или, на худой конец, – подчинённая мужской верховной власти рядовая гражданка страны.

С избирательным цензом, но безо всякого феминизма и другого гендерного выпендрежа. А эти западные блюдолизы в парламенте обезьянничают, принимают европейские законы, размывают устои. Будто если мы сегодня создадим эксклюзивные права и возможности для баб и педиков, то завтра проснёмся в Швейцарии. Нет, законы нужно принимать, как в древнем Вавилоне!

– Это какие-такие? – весело спросил расслабившийся от Тиграниного трепа Шварц, не переставая деловито разбираться с закусками.

И ответ последовал:

– Хоронить жён вместе с мужьями! Ты представляешь, как снизилось бы количество тёщ на единицу невинных зятьевых душ?

– И кто бы тогда вытирал сопли твоим девчонкам? – поинтересовалась Верка.

– А их и не надо вытирать. Я заметил, чем сопливее детство, тем выше коэффициент грядущих успехов.