Что в сумасшествии приятно?

– А как он был одет? А какой день это был, или хотя бы месяц? А кто был

дома кроме нас?– вопросы, задаваемые Тоней, сыпались один за одним

на одурманенную алкоголем голову Глафиры и та закричала: " Да

откуда я могу помнить, ведь больше трех месяцев прошло! Я же вам

не справочное бюро, чтобы все помнить!"– и стала с усилием тянуть

дверь на себя. Тоня не стала препятствовать. Ведь главное для себя

она узнала. Это ребенок того парня, который был с ней. Сроки

беременности только что были подтверждены.

добровольное согласие с ее стороны. И с легким сердцем она пошла

искать съемное жилье, уверяя себя в том, что отец будущего ребенка вернется и вот тогда она представит его родственникам. Они поженятся и все

встанет на свои места.

Но жених не вернулся ни через неделю, ни через два месяца. И

Антонина, набравшись храбрости, все же позвонила маме, так как

понимала, что помощь может прийти только с ее стороны. Татьяна

Сергеевна была не просто поражена внезапной исповедью дочери, а

скорее убита возникшей ситуацией.

небольшом городке и поэтому, оформив краткий отпуск за свой счет,

взяла билет на поезд и мигом помчалась к дочери. Но первым делом

она появилась в доме Фаины, требуя объяснений. Однако сестра ее

мужа быстро захватила воинствующую инициативу в свои руки,

обвинив свою племянницу во всех тяжких грехах. К тому же Антонина

два месяца назад переехала в съемную квартиру, поэтому она ничего о

ней не знала, да и знать не хотела.

наступил покой и порядок. Выслушав ее объяснения Татьяна

Сергеевна поняла, что вынуждена будет смириться с такой ситуацией.

Оставив вещи в квартире Федора Алексеевича, поспешила на встречу

со своей непутевой дочерью, благо адрес племянница своей

тетушке оставила.

Ей было не столько жаль Тонечку, как свои разбившиеся мечты о ее

благополучии и богатом женихе. Но увидев похорошевшую счастливую

дочь, с округлившимся животом, она вдруг все, приготовленные заранее

обидные слова забыла, а просто подошла и обняла свою девочку.

Тони слезы из глаз хлынули ливнем, она пыталась что-то объяснить,

рассказать, но получилось невнятно и непонятно. Они пили чай

с морошковым вареньем и с вкусными ватрушками, приготовленными и

переданными тетей Фаей, и обсуждали предстоящие роды и

дальнейшую жизнь Тони с малышом.