Когда возвращается любовь

Сначала я немного расстроилась, что покину этот тихий укромный уголок, но потом утешила себя мыслью, что долго всё равно так продолжаться не могло. Пришло моё время двигаться дальше.

***

Я держала на руках нашего с Андреасом сына, который родился три дня назад. Роды были нормальными – ни тяжёлыми и ни лёгкими, – но я всё ещё находилась в больнице: я настояла ещё раз всё перепроверить, что со мной и с ребёнком всё хорошо. Хотя я знала, что с нами всё даже замечательно, тем не менее я не имела огромного желания возвращаться домой на следующий день, как предлагал мне доктор.

Андреас был рядом. Он, конечно, за меня переживал, но выглядел очень счастливым. Я же, напротив, плакала, потому что смотрела на это крошечное создание и не знала, люблю ли я его. Во мне было что-то, что изо всех сил противилось потоку материнской любви, оно душило меня. Осознание, что моя жизнь больше никогда не будет прежней, не пугало меня, но разрушало все мои до этого выстроенные надежды.

– Лиз, он же наш сын. Ты любишь его, не сомневайся. Он такой красивый, наш маленький принц. Обещаю, всё будет хорошо.

– Ты всегда так обещаешь, – мой голос дрожал, предательски обнажая для меня самой мои чувства.

– Разве когда-нибудь нам было плохо?

Мне хотелось ответить «Было», но такого не было.

Глава 5. Лиз

Я пишу без остановки. Сквозь меня проходит поток, в котором временами я себя вообще от него не отделяю. Я помню, как однажды утром я проснулась с этим именем: «Дельфания, Дельфания, Дельфания…»

«Что всё это значит?» – я сразу смутилась.

Несколько дней подряд имя то и дело всплывало, перебивая мой обычный ход мыслей. Оно приходило ко мне, когда я ничего не делала, просто сидела рядом с Андреасом на переднем сиденье нашего автомобиля и бесцельно смотрела на мелькавшие мимо меня витрины, вывески, дома, людей… и вдруг откуда-то в голове возникал женский образ, пытающийся мне что-то сказать.