Наследие

Это было так предсказуемо, что становилось даже скучно. Меф и Сал не были наделены той жаждой знаний, что была в Люцифере.

– Вопросы, которые вы поднимаете, молодой человек, пытались решить многие поколения ученых мужей, но! – Джон Краков поднял вверх палец. – Никому еще не удавалось это сделать. Ваша теория элегантна, но бездоказательна.

– С чего вы так решили? – улыбаясь, спросил Люцифер. – У меня полно доказательств моих слов, но неподготовленному слушателю они покажутся дешевым трюком.

– Что есть трюк! – вмешалась в их беседу профессор с туго стянутым пучком седых волос.

– Никаких трюков, мадам. Тот, кто будет посещать мои лекции до конца семестра, увидит все своими глазами. Я покажу, что есть дьявол, и что есть Ад.

Со стороны окна донеслось громкое фырканье, но Люцифер не повернул головы, не поддаваясь на провокацию. Перерыв подходил к концу, и профессорская начала пустеть. В конце в ней остались только Люцифер, Ева, и старый, дремлющий в углу дивана профессор.

– Спасибо, что пришла.

Ева повернулась к нему с таким разъяренным выражением лица, будто он показал ей красную тряпку.

– Единственное, что удерживает меня от того, чтобы не выплеснуть прямо тебе в лицо этот кофе – стремление быть лучше тебя.

– Я чем-то тебя обидел? – он хотел подойти к ней, но Ева отшатнулась от него и громыхнула чашкой об стол.

Ее тонкий палец взвился вверх, она ткнула им Люцифера прямо в грудь.

– Не смей ко мне прикасаться!

– Ева, – голос Люцифера звучал вкрадчиво.

– Это я перегибаю?! – расхохоталась она. – Это ты наговорил мне гадостей перед всем университетом! Считаешь себя таким крутым?!

– Каких гадостей, Ева? Я никогда не говорю того, чего не мог бы сделать. И всегда держу ответ за свои слова.

Ее глаза превратились в узкие злые щелочки.

– Эти слова – тебе не удастся сдержать. Демонстрируй свой суперспособности в номере кому-нибудь другому!

Когда Люцифер понял, что ее так взбесило, он едва не рассмеялся, но, чтобы не злить ее еще больше, поднял руки в миролюбивом жесте.

– Ева, ты все неправильно поняла.

– Да? И еще пять сотен человек?

– Видимо, люди более испорчены, чем я думал. Когда я говорил о своих способностях, я имел ввиду именно их. Не в постели, Ева.

Она продолжала презрительно смотреть на него, выгнув бровь. Люцифер вздохнул и начал расстегивать рубашку.