Тэррлисс

Порой у меня складывалось ощущение, что я хожу по кругу. Будет весело, если окажется, что я заблудился. Но если верить рассказам бродяги Эдварда, то нужно идти прямо. Это я и делаю.

Здесь оказалось еще холоднее, чем в центре Алегрии. В трущобы хоть изредка попадает солнечный свет, а здесь сплошная тьма. Даже днем кажется, что наступил поздний вечер. Мороз сковывает ноги и руки, передвигаться очень тяжело. Отдыхать тоже нет никакого смысла, ибо станет еще холоднее. Пару дней назад я попробовал сбавить шаг, и в тот момент мне показалось, что ноги покрылись толстой коркой льда.

Движение дает минимальный разогрев. Черт, да здесь даже костер не из чего развести! Я ем хлеб, который нашел в мусорке, и размораживаю кусочки льда или сосульки, чтобы пить. Вот и все. Про сон давно забыл и чувствую себя зомби. Даже страшно представить, как я выгляжу.

Я остановился и начал озираться по сторонам. Снова гребаные деревья, и ничего больше. Подняв голову, я заметил голубое небо, виднеющееся сквозь ветвистые кроны.

Надо же, просто удивительно!

Между прочим, за все это время мысли и воспоминания окончательно сожрали меня. Боюсь снова оказаться там, где был счастлив. Страшно, что воспоминания о светлых днях накроют с головой. Я даже не могу представить, что буду делать, если все-таки дойду до Рибовски. Армо уверял, что я должен ограбить любого богатея, но я совершенно не хочу этого делать. Остается только одно – найти кого-то из старых друзей. Хотя… кому я нужен? Они положили болт на меня еще тогда, когда я начал опускаться на дно, а сейчас, наверное, все забыли, кто такой Тэрриэль Ривман.

Обращаться к ним нет смысла. Тем более есть риск, что они сдадут меня властям. Конечно, местные якобы верят в легенду, что я пропал без вести, но на деле большая часть людей в курсе, что именно власти меня закинули в этот ад. Поэтому никакого розыска никогда не было. Когда моя нога ступит на землю Рибовски, я автоматически буду считаться нарушителем закона.

Я сильно рискую. Вот почему боюсь.

Мои размышления прервали крики. Они доносились издалека, но я четко слышал тонкий девичий голос. Минуту назад сил идти не было, но теперь я побежал так, что аж сам удивился. Что-что, но людям я готов помочь всегда. Пока бежал, даже не заметил, что деревья поредели, а в конечном итоге и вовсе почти пропали. В глаза ударил яркий свет, какого я не видел очень долгое время. Я прищурился и начал изучать окрестности. Лес остался позади, а впереди были горы и небо.