Жизнь и одни сутки

Мы с вами виделись в букмекерской конторе, и вы предложили мне работу. Знаю, вы просили звонить только ночью, но по ночам я обычно сплю.

– Надумали? – холодно осведомился Незнакомец.

– Пожалуй. Хотелось бы услышать ваше предложение.

– В таком случае через час подъезжайте к театру на Таганке. Там вас встретят.

Затем Незнакомец, не дожидаясь ответа, разъединился.

Чтобы успеть на Таганку, нужно было выходить сию минуту, поэтому Евлантьев бросил машину прямо на обочине и направился к марьинскому метрополитену.

Денег на проезд не осталось, поэтому он прошел вслед за сухонькой старушкой. Она шла так медленно, что Сане пришлось слегка подтолкнуть ее, чтобы не застрять на турникете. От легкого тычка бабушка выронила сумку и, дико матерясь, рухнула на пол. Но Саня поступил как истинный джентльмен: извинился, поклонился и даже не украл ни рубля из пенсии, которая рассыпалась по всей лестнице, выскочив из бабкиной сумки.

В итоге Евлантьев добрался до Таганки вовремя и без происшествий. Двухэтажный театр расположился совсем рядом с метро, и Саня, перейдя дорогу, остановился у его дверей.

Долго ждать не пришлось. Через пару минут подъехал тонированный внедорожник, и Саню пригласили внутрь.

В салоне стоял терпкий полумрак, пахло корицей и сигаретным дымом. Евлантьев с трудом различил очертания человека, сидящего рядом.

– Мы доставим вас куда следует. Но прежде необходимо соблюсти меры предосторожности, – заявил человек-невидимка и, прежде чем Саня сумел осознать смысл этих слов, надел ему на глаза тугую повязку.

Евлантьев не сопротивлялся. Он уже привык, что в этот день все применяют к нему насилие.

Машина тронулась с места и минут десять петляла по узким улицам. Даже с завязанными глазами Саня чувствовал, что конспираторы возят его кругами, дабы он не смог отследить маршрут. Ну надо же, прямо тайны мадридского двора!

Когда автомобиль наконец остановился, Саню аккуратно взяли под руки и проводили в ближайшее здание. На пороге Евлантьев смачно споткнулся, но дальше продвигался без происшествий.

Некоторое время его вели по прямому коридору, а затем повернули направо. И только там с Евлантьева сняли опостылевшую повязку. С интересом оглядевшись, он обнаружил, что стоит в приемной перед крепкой дубовой дверью кабинета, на которой висит скупая табличка – «Б.А.»

– И к чему эти жмурки? – спросил Саня своих конвоиров.

Вместо ответа один из них чинно объявил:

– Вас позовут. Всего доброго.

После чего бравая компания удалилась.