Жизнь и одни сутки

За кредит уже не раз начислялись пени, а про ипотеку лучше вообще не говорить. Быть может, если не произносить страшное слово «ипотека», то и его суть сама собой забудется? Но, к сожалению, у сотрудников банка была хорошая память.

Последние годы жизнь Сани превратилась в долговой ад и кутерьму из-за поиска денег. Евлантьев платил, как мог, но задолженность росла, и банк уже грозил судом и отъемом квартиры.

Ни дня не проходило без требовательного звонка в дверь. Коллекторы, судя по всему, прописались в коридоре перед дверью Евлантьева.

Создавалось впечатление, что им попросту негде жить, вот они и просятся погреться. Уже ведь не май месяц, на улице прохладно. Сентябрь не отличался особой кровожадностью, но и бабье лето было совсем не бабьим.

?

В дверь позвонили. Саня мрачно усмехнулся. Ну, вот опять! Стоило лишь подумать, и опричники уже здесь. Мысли, что ли, читают?

Евлантьев сначала решил не открывать и, как обычно, включить на ноутбуке «Вопли Видоплясова», чтобы паразитам было не так уж грустно стоять в коридоре.

Однако сегодня как раз была суббота, а по выходным Саню посещало хорошее настроение, а вместе с ним и тяга к общению. Поэтому Евлантьев решил поздороваться с гостями.

– Денег нет, но вы держитесь! – заорал Саня, подходя к двери.

Но вместо привычной ругани на лестничной клетке послышалось бормотание. Кажется, это были не коллекторы. Саня открыл дверь и увидел сухонькую старушку.

– Тетя Тамара, здрасьте! – радостно приветствовал Евлантьев.

Но бабушка не разделяла его оптимизма.

Ее взгляд был сердит, а морщинистые пальцы сжаты в кулаки. Да и сам факт того, что бабка преодолела долгий путь в десять шагов от своей квартиры до двери Евлантьева, говорил о ее серьезном настрое.

– Это к тебе, поганец, вчера бандюки приходили? Всю ночь громыхали на лестнице!

Саня наморщил лоб, как бы вспоминая. Да, действительно, это к нему вчера вечером коллекторы приходили в составе четырех человек. Опять пытались выбить долги при помощи магии русского мата.

Правда, это было не ночью, а вечером. Но для вековой бабки что ночь, что вечер – все одно, темно же.

– Нет, тетя Тамара, ну что вы! Это не ко мне, это к Игорю приходили, – доложил Саня, искренне улыбаясь. – Всю ночь долбил и сверлил, уродец!

– Да при чем тут сверлил! – прошамкала бабка. – Я голоса слышала! Слова ругательные!

– Так ему надоело одному сверлить. Вот он друга и позвал. Всю ночь потом сверлили вдвоем. Сначала один посверлит, потом другой.