Мой забытый подарок

Конечно, можно остановиться у неё, но она, к сожалению, жила, как и мы раньше, в коммуналке, в одной, хотя и большой, комнате, постоянно находиться вместе с ней не для меня, я с трудом жила в закутке за ширмой. К тому же в нашей любимой стране творилось что-то непонятное, решили, видите ли, устроить перестройку, при этом забыв, как всегда, спросить у людей, нужна ли она им.

И тут папа возьми и скажи, что они договорились с бабушкой поменяться, я поеду в её комнату в Москве, а она в мою в Ленинграде.

От такой новости я даже запрыгнула папе на ручки, прямо как в детстве, он еле устоял на ногах. Это был его лучший подарок, я сразу согласилась и чуть ли не вприпрыжку побежала собирать вещи, но оказалось, что всё не так просто. По началу меня не хотели отпускать, но родители и об этом позаботились, его друг сделал официальный запрос, и с помощью знакомых и взяток (как без них), мне разрешили сделать такой манёвр. В середине лета, а точнее, 3 июня, в пятницу вечером, мы с папой загрузили его Волгу моими вещами и отправились в долгую дорогу, утром были в Москве. Бабушка жила в самом центре недалеко от Старого Арбата в Филипповском переулке, в трёхэтажном дореволюционном доме на третьем этаже, в огромной шестикомнатной коммунальной квартире. Я там всех знала с детства, так как гостила у бабушки летом и даже на новогодних каникулах, комната у неё была огромная, метров тридцать, не меньше, с тремя окнами. Ещё три комнаты занимала семья, у них была дочка Мария, моя подруга, на год старше меня, и её брат Артём, на три года её младше, сейчас он был в армии, отдавал свой долг родине. В пятой комнате жил безобидный пьянчуга, мы с ним дружили, а вот в шестой – злая старуха, всегда чем-то недовольная, со своим мужем. Тот был просто божий одуванчик, я даже не представляю, через что он с этой бабкой прошёл, ему от неё всегда доставалось.

Меня встретили, как родную, бабуля уже собрала свои вещи, весь день она проводила со мной нескончаемую беседу по правилам и технике безопасности.

На следующее утро, 4 июня, в субботу, мы всё перетаскали в папину Волгу, они поехали в Ленинград, а я стала осваиваться. В наследство вместе с комнатой мне достался бабушкин кот Бонифаций, все звали его просто Боня. Он был уже старенький и мог не вынести ни переезда, ни смены обстановки, я с радостью согласилась за ним ухаживать, его любили все соседи, даже та злая старуха.