Мой сталкер

Разуваюсь, ботинки оставляю небрежно валяться в прихожей. Иду на кухню, чтобы попить чего-то холодного. Может, я так хотела пить, что уехала? У Луны не было других напитков, кроме алкоголя, но всех всё устраивало.

Изнутри словно все органы выжжены дотла. В горле пересохло. Пью обычную воду – так жадно, что капли стекают по подбородку и ниже, на платье.

Бутылку беру с собой. Проходя по коридору, через дверное стекло вижу, что у папы в комнате горит свет. Не спит, значит. Уверена, ждет, когда я вернусь.

Тихо стучусь.

– Да, – отвечает папа.

– Пап, я дома, если что.

– Хорошо, милая. Как погуляли?

– Здорово. Но я пораньше уехала. Нехорошо стало.

– Познакомилась еще с кем-то?

– Да, конечно. У Луны классные друзья.

– Никто не приставал?

– Нет, пап.

Еще и такси до дома оплатили.

– Ладно, я спать. Спокойной ночи.

– Спокойной, детка.

Захожу к себе в комнату и сходу сбрасываю с себя одежду на пол, с утра все разложу. Сейчас сил нет. Беру что-то на ощупь, надеваю и плюхаюсь на кровать.

Пятки горят. Спать очень хочется, с закрывающимися веками пишу сообщение Луне о том, что добралась и все в порядке. Тошнит почему-то еще сильнее, чем раньше. И Кириллу хочу написать, но не буду, с чего бы делать это первой? Даже если он просил. Я же девочка – к тому же милая, по его словам. А милые девочки так не делают.

Или делают – а я, наверное, просто не решаюсь. Мне нравятся компании людей, такие веселые и раскованные, но абсолютно не нравится быть их частью.

Чувствую себя чужой. Андрей правильно сказал, мне далековато до них, я не такая открытая и интересная. В диалоге с Луной – может быть, но не при личной встрече, еще и в такой шумной тусовке.

* * *

Просыпаюсь от нереальной тошноты, бегу в туалет. Вчера я этого избежала, а сегодня что-то пошло не так. Смотрю в зеркало – кошмар, как будто Лиза отныне стала антонимом к слову красота. Под глазами уже не просто синяки, а мешки – в них щенята поместятся. Волосы растрепанные, сухие, как солома.

Ладно, их можно вытянуть, но что делать с опухшими щеками? Нужно нанести масок десять, чтобы снять отек.

С кухни пахнет чем-то приятным.

Иду на запах, как кошка.

– Проснулась?

– Да, – отвечаю, смыкая руки в замок и потягиваясь, – а ты чего дома?

– Сейчас уезжаю, просто решил приготовить тебе чего-нибудь.

– Ой, пап, спасибо, а что готовишь?

– Оладьи.

– Оладьи, которые блины?

– Нет, оладьи, которые оладьи. Они пышные. Блины плоские.