Красивый Путь Огненного Фазана

Никто, правда, никогда не видел, чтобы такое происходило, но уж лучше быть союзником такого клана, чем врагом.

«Глаза у него точно, как у мерзкой рептилии», – подумал Иртан.

– Эй, друг любезный, сделай физиономию попроще! – пробасил Армил, хлопая друга по плечу, но взгляд у него был понимающий. Все волки в некотором роде недолюбливали драконов, слишком уж заносчивые они были.

Наконец, приготовления были завершены, старейшины Красных Волков вышли вперед, ознаменовывая начало церемонии инициации.

Почетные гости из разных брелонств расступились, пропуская молодых волков. Парни выстроились в прямую линию, представ перед собравшимися.

Старейшины по очереди произнесли нестерпимо длинные речи, повествующие об истории братства, о многочисленных подвигах его членов, о том, через какие невзгоды Волки и члены брелонской семьи прошли рука об руку в течение многих декад. Речи мало изменялись от одной церемонии к другой, и Иртан слушал в пол уха, прокручивая в голове как скороговорку клятву, которую ему вот-вот нужно будет произнести, боясь запутаться.

«Во имя Прародителей, всемогущих и справедливых, я заступаю на пост воина братства Красных Волков. Клянусь до конца своих дней собственной жизнью защищать правителя и всех крови его и народ Северной Вершины. Обязуюсь всегда заботиться о благе Северной Вершины в обход личного. Обязуюсь любить своих братьев, и помогать им мечом и советом. Клянусь всегда, безраздельно и в любых обстоятельствах подчиняться старшим братьям.

Никогда не заведу семью, ибо нет для меня отныне другой семьи, кроме брелона и всех крови его.

Обязуюсь в любое время, в нужде или в процветании, с достоинством нести звание Красного Волка, никогда поступком или словом не осквернить данного мне названия.

Сердце мое, воля моя и жизнь моя принадлежат лишь Прародителям и правителю.

До конца моих дней или мира».

Не успел Иртан повторить клятву у себя в голове, как Раион Четвертый предстал перед молодыми волками.

Будущие воины опустились на одно колено и как один произнесли клятву. Дрожь в сердце Иртана унялась сама собой, сменившись уверенным спокойствием. Раион подошел к каждому и, прикоснувшись к макушке отмеченной рукой, произнес: «Принимаю твою жизнь, Красный Волк, и благодарю за нее Прародителей».

Волки поднялись на ноги, чтобы перейти к самой приятной части инициации.