Пожизненный срок

«Это самое худшее из всего, что произошло. Как вообще могло до такого дойти?»

– И что… что, по-твоему, могло случиться?

– У Линдхольмов был счастливый брак?

Нина опустила глаза.

– Думаю, что его нельзя было назвать счастливым.

– То есть он был несчастлив настолько, что Юлия была готова уйти от мужа? Настолько, что она готовилась к отъезду?

– Этого я не знаю, – сказала Нина.

Инспектор подался вперед и внимательно посмотрел Нине в глаза.

– Она не могла где-нибудь спрятать ребенка? – спросил он.

Нина тяжело сглотнула и, отвернувшись, снова посмотрела в окно. «Могла ли Юлия это сделать? Могла она спрятать Александра, а потом прийти домой и застрелить Давида?»

– С момента убийства прошло уже тридцать часов, – сказал К. – Время уходит. Если у мальчика нет доступа к воде, то мы должны найти его в течение суток, в самом крайнем случае – в течение двух. Думаю, ты понимаешь, насколько серьезно положение.

Сквозняк из-под двери заставил Нину вздрогнуть.

– У Юлии есть летний домик, – сказала она. – Он в лесу близ Катринехольма. Она снимает его у соседей, знакомых родителей. Они, правда, редко там бывали. Давид считает, что там слишком мало удобств, но Юлия любит этот дом…

Она умолкла, поняв, что употребляет настоящее время.

Комиссар в это время принялся что-то записывать.

– Значит, она его снимает? Именно поэтому мы ничего не обнаружили в реестре жилищной собственности. Где он точно находится?

– В лесу, недалеко от Флоды, на полпути к Гранхеду, – ответила Нина.

Она взяла лист бумаги, набросала схему местности и изобразила путь к домику Юлии.

– Это место называется Бьёркбакен, – сказала она, – но указателя на дороге нет. С дороги домик не виден, почту доставляют в ящик, который находится во Флоде. Но там есть старый мильный камень, на нем написано, сколько миль осталось до церкви во Флоде. Пропустить этот указатель просто невозможно.

Она подвинула лист комиссару.

– Как часто она туда ездит?

Нина задумалась.

– Не знаю. В последние годы мы с ней очень редко виделись…

– Почему? – оживился К.

Нина поколебалась.

– Давид… – неопределенно сказала она. – Мы с ним не ладили.

– Почему?

Нина посмотрела на засохший цветок и вспомнила тот день, когда они впервые увидели Давида.

Он приехал читать лекцию в полицейскую академию, в джинсах, белой футболке и высоких ковбойских ботинках.