Прайм-тайм

Если мы сможем остаться на парковке, у нас есть все шансы пообщаться с ними, когда они будут уезжать…

– У дворца что-то происходит, – сказал Бертиль Странд, глядя поверх ее головы.

Полицейский в кожаной куртке и гавайской рубашке прошел через мост. Оставшиеся представители средств массовой информации собрались с одной стороны ограждения, он остановился с другой.

– О’кей, – сказал он. – Наш пресс-атташе сообщил, что не приедет сюда, поэтому у меня есть кое-какая информация для вас. Это не займет много времени.

Анника выудила блокнот и фломастер из своей сумки. Она видела, как ее коллеги напрасно защелкали своими шариковыми ручками. Они так ничему и не научились. Их ручки могли подвести в любой момент, их чернила растворялись в воде и замерзали в холод. В такой сырости не работал даже графит, только водостойкая тушь.

– Итак, Мишель Карлссон нашли мертвой в передвижной аппаратной за Новым флигелем в дворцовом парке Икстахольма. Она убита выстрелом в голову, смерть наступила мгновенно…

– Есть следы борьбы в самом помещении? – крикнула репортерша государственного телевидения.

Анника узнала ее. Насколько ей было известно, она гордилась своим умением выиграть вбрасывание на любой пресс-конференции. Другими словами, считала себя лучшей, когда требовалось перекричать всех и первой задать вопрос.

Комиссар вздохнул:

– Может, мы немного успокоимся и не будем суетиться? Спасибо. Жертву увезли в морг Сольны, судмедэксперты и следователи продолжат работу там. В течение дня мы допросили нескольких человек, находившихся поблизости от дворца примерно в то время, когда наступила смерть.

На данный момент у нас нет ни одного подозреваемого, но следственные действия и допросы продолжаются здесь и в других местах. Относительно деталей расследования вроде того, есть ли следы борьбы в аппаратной, я, естественно, не собираюсь распространяться здесь и сейчас. Еще вопросы?

– Как долго подозреваемых будут удерживать во дворце? – крикнула телерепортерша.

Комиссар несколько секунд подождал с ответом.

– Как я уже сказал ранее, – произнес он, растягивая слова, – у нас пока нет никаких подозреваемых. Никого не удерживают во дворце против его желания. Лица, принимавшие участие в допросах в течение дня, делали это добровольно в качестве звена той работы по расследованию преступления, которую они все заинтересованы упростить.

– Свидетели захотят уехать домой вечером или предпочтут остаться на ночь в Икстахольме? – спросила Анника вежливо.