Загадка часовни Рослин

Знаменитый музей, расположенный на Рю де Риво- ли, самой протяженной улице Парижа, соединяющей площадь Бастилии и площадь Согласия, Анна увидела раньше, чем объявил водитель, и терпеливо ждала остановки. Наконец она у пирамиды, открывающей вход в Лувр. Купив билет, Анна сразу направилась к крылу Денон. Именно там находился портрет самой знаменитой дамы всех времен, Джоконды.

В Лувре Анна бывала ранее, но в ее первый приезд эта часть музея была закрыта. Ее нетерпеливое желание увидеть шедевр Леонардо да Винчи было понятно.

Анна без труда нашла дорогу, подумав при этом, как были бы счастливы ее родители, которые сами мечтали увидеть Мону Лизу в подлиннике, если бы знали, что Анна сейчас встретится с загадочной Джокондой. И вот она подошла к портрету, отдавая дань уважения гениальному творению Леонардо, так близко, насколько позволяла охрана.

«Джоконда веками вызывала восхищение людей, – думала Анна, рассматривая портрет. – Сколько женщин хотели бы оказаться на ее месте и прославиться. Посмотреть на этот феномен съезжаются люди со всего мира, миллионы людей посещают Лувр, и, конечно, практически каждый посетитель подходит к ее портрету».

Анна знала о научных исследованиях этой картины, они широко освещались в прессе и по телевидению. Одни ученые предполагали, что это оригинально изображенный автопортрет самого Леонардо да Винчи, другие в своих изысканиях шли намного дальше и смело утверждали, что в имени Мона Лиза прослеживается равновесие и гармония мужского и женского начал, называемых в традициях Востока Инь и Ян, придавая смысл этому явлению как единению Иисуса Христа и Марии Магдалины – при этом полагая, что едва заметная беременность Моны Лизы недвусмысленно сообщает о наличии у них потомства.

Были ученые, которые считали, что в картине зашифровано послание, и тот, кому оно адресовано, безошибочно его прочтет, сколько бы времени ни прошло.

Но сейчас Анну интересовала лишь эстетическая сторона шедевра, и она любовалась воплощением знаменитого приема живописи – таинственного эффекта дымки «сфумато» и, конечно, благородным лицом и изящными руками Моны Лизы.

Перед портретом она стояла долго. «В музее время застывает», – вспомнилось ей вычитанное где-то выражение.

Все еще под впечатлением от картины Анна перешла в следующий зал, к не менее знаменитым полотнам. Музеи, с их величайшими творениями человечества, ее завораживали. Около одной картины она даже «примерила» на себя величественную позу одного из персонажей кисти Рафаэля.