Изгнанники, или Топ и Харри

Начальник экспедиции открыл рот, хватнул воздуха, снова закрыл рот, не говоря всего того, что ему хотелось бы сказать, и в конце концов лишь спросил:

– Когда вы заметили, что Тома «больше нету»?

– Когда на рассвете окликнули его. Мы хотели вернуться втроем.

– И что на том месте, где его больше нет? Его труп? Или следы его пленения?

– Его шляпа и сапоги еще там.

– Его шляпа и сапоги, так. А вы что, ночью не подаете друг другу сигналы, все ли в порядке?

– Да конечно же подаем, сэр.

– И когда вы в последний раз перекликались с Томом?

– За два часа до рассвета.

– Так, значит, тогда он еще был. И потом? Он растворился в дымке, или провалился сквозь землю, или улетел по воздуху, а шляпу и башмаки оставил своим наследникам? Или как вы себе это представляете?

– Может, он захотел домой? Иногда человек впадает в безумие и просто убегает куда глаза глядят.

– А это мысль. Дезертирует, так сказать. А повод?

– Да ему уже давно все надоело.

Мечтал о маленькой лавке в пограничном городе. Понемногу торговать, иметь небольшую выручку, жить спокойно. Эта тоска в нем была еще с прошлого года, с большой песчаной бури. Но денег на лавку никак не накапливалось, и начального запаса товара не было…

– Уж не упал ли этот товарный запас с неба сегодня ночью, а? И теперь получится открыть лавочку?

– Да почем знать. Иной раз, когда долго о чем-нибудь думаешь, а ветер и солнце высушили тебе мозги, к тому же индейцы тебя постоянно нервируют, – вот и сходишь с ума.

– А лошадь Тома? Где она?

– Здесь.

– Здесь? И Том убежал в прерию пешком, босиком и без шляпы? Рассказывайте это кому-нибудь другому! Но не мне! Идемте, я хочу на это посмотреть. Вы так и бросили его шляпу и сапоги там, где нашли?

– Да, сэр.

– Ну, хотя бы это сообразили. Редкий проблеск мысли.

Инженер с двумя хорошо вооруженными погранчанами отправился к пригорку, севернее ручья, где Том ночью стоял в дозоре.

Погранчане повели инженера в обход, чтобы не затоптать следы, и потом вверх на пригорок. Наверху инженер увидел в траве мягкую кожаную шляпу с полями и высокие сапоги. Они лежали так, что шляпа обозначала то место, где была голова лежащего человека, а сапоги – где могли быть его ноги.

– Какая точность и любовь к порядку! – со злостью сказал инженер. – Следы обнаружили?

– Нет.

– То есть он разулся, чтобы легче ускользнуть.