Изгнанники, или Топ и Харри

– А тебе-то что с этой лошадиной головы, дурень! Она же на стреле.

– Вот мы тут сидим, пока не прилетит следующая – да в нас!

– А что поделаешь. У нас тут полный набор индейцев, их надо натравить друг на друга. Собак надо стравливать с собаками, а краснокожих с такими же.

– И красную собаку с красной собакой, ты хочешь сказать? Тогда как же мы сможем надеяться на это отребье? В прошлом году нам еще помогали индейцы-пауни, а теперь мы их больше не видим.

– Потому что мы их обманули с оплатой. Они же хотели боеприпасы, а мы им не дали и сотой доли того, что они просили.

– А кто же возьмет на себя ответственность за поставки боеприпасов краснокожим!

– Так или иначе, а мы теперь преданы и проданы. В следующий раз уже я оставлю вам свою шляпу в знак прощания. Ведь не хотел я сюда возвращаться, в эти проклятые места. Но как же, вернулся. Дураки мы, дураки.

– То есть ты тоже не знаешь, что означает лошадиная голова и черточки!

– Отстань от меня. Пока они не метнули в меня томагавк, все терпимо.

– А что такое томагавк?

– Означает «держи свой затылок наготове, скоро в него прилетит топор». Разве ты этого не знаешь? А еще называешь себя погранчанином!

– Тихо! Чу!

Оба мужчины, да и все их товарищи на холме за рекой и в долине реки вскинулись. На северо-востоке стреляли. Прозвучало несколько выстрелов быстрой чередой, причем с быстрой сменой мест.

– Билл, что это было? Похоже, несколько всадников гонятся друг за другом!

И снова прогремели выстрелы.

Билл не нашел времени ответить. Он прислушивался так же внимательно, как и все остальные.

В перестрелке наступила пауза. Оба дозорных припали ухом к земле. Поначалу ничего не слышали, но вскоре различили топот копыт одиноко галопирующего коня.

И снова выстрелы. Были видны легкие облачка дыма. Скаутам почудились далекие крики.

– Мне прямо интересно, Билл, кто это там вцепился друг другу в волосы!

– Не мешай людям получать удовольствие, Шарль. Главное, чтоб это были не наши волосы!

Прогремел одиночный выстрел, очень далекий, но в установившейся тишине еще слышный.

– За работу, люди! – прозвучал призыв инженера. – Пока наши коварные враги заняты на стороне!

Мужчины поднялись, большинство неохотно, но не было никого, кто бы ослушался приказа. Инженер, коренастый и скорее приземистый, чем рослый, был заряжен энергией и излучал ее.