Планета незаходящего Солнца

Появившись, Женя завораживающе двигаясь, демонстрировала свой наряд, пытаясь по выражению Серёжиного лица определить эффект своего возникновения.

Демонстрация наряда, вызвала у Серёжи странное и непонятное чувство, заставившее горячую кровь хлынуть к лицу.

Чтобы не выдать своего смущения, Сережа перешел к наступлению.

– Женя! Ты что там? уснула! – Я уже собрался идти тебя будить, это же надо! пошла, умыться и переодеться! Кофе совсем остыл, теперь надо заказывать новый.

– Серёжа, ну что ты шумишь? – Да, я пошла просто умыться, но там настоящая сауна с бассейном и я не удержалась, немножко поплавала.

 – Ведь мне все равно, пришлось бы ждать, когда Материализатор изготовит мой заказ. – Ты что, не видишь, я в новом платье! – возмутилась Женя.

– Прекрасно вижу! но у тебя и та одежда была не старой.

– Да! – не старой! – но она мне уже надоела, – громко выкрикнула Женя, но тут же взяв себя в руки, спокойно произнесла.

– Серёжа, ты сходи и посмотри, я тебе, тоже заказала комплект, а пока ты ходишь, я закажу свежий завтрак.

Серёжа, попытался возмутиться.

– Я что! тебя просил? – и осекся на полуслове.

– Ну хорошо, пойду, гляну что ты мне заказала! – продолжил он, выдержав паузу.

Через полчаса они снова бежали по скоростным дорожкам.

Серёжа злился на себя за то, что разговаривал с Женей так грубо, но поделать с собой в тот миг он ничего не мог, в волнении слова сами вылетали из его уст.

Он всегда любил Женю, любил как свою сестру, как верного друга, а там, у столиков, с ним что-то произошло, в его груди, вдруг проснулось, новое, ещё не изведанное, странное и в тоже время удивительное чувство. Оно, как слабый луч света, наполнило организм новым восприятием происходящего. Чувство было хрупкое, не окрепшее, казалось, дуновения ветерка хватит, чтобы оно улетучилось, но с каждым мигом, оно росло, открывая новые ощущения, приводившие Серёжу в смятение.

Это чувство, заставляло сердце биться громче и мощней, наполняя вены горячей кровью, и вызывая в теле заметную дрожь.

Это раздражало, заставляло скрывать происходящие, но в тоже время где-то там далеко в груди разгоралась пламя, его тепло и свет были чудесны.

Хотелось подойти, схватить Женю, поднять на руки и кружить. Смеяться от нахлынувшего вдруг счастья до слез, кружа еще и еще. В тоже время, другая мысль не покидала голову.