Когда поцелуя мало

Она повернулась и зашагала прочь, а когда почти уже скрылась из виду, он крикнул ей вслед:

– Около реки много крапивы!

Глупец. Она наверняка знает об этом. И не услышала его. Или услышала, но сделала вид, что не слышала. Мгновение, и девушка скрылась из виду, оставив после себя только грязь на полу и жгучую боль в руке.

Как она сказала? Не трогать минут десять? Наверное, хотела, чтобы он страдал эти десять минут.

С другой стороны, учитывая ее сад, заросший крапивой, она, вероятно, знает, о чем говорит.

Жимми практически бежала и, оказавшись вне поля его зрения, прислонилась к стволу дуба, что рос около ворот коттеджа Люсьена. Она назвала героя Буба аль-Асада убийцей. Отчитывала его, как школьника. Невероятно!

Прилив адреналинового гнева отступил, и она почувствовала прилив стыда. Человек, который когда-то встречал опасность в бронежилете и шлеме, ветеран тысячи репортажей под огнем из всех горячих точек мира имел вид человека изможденного, опустошенного, слишком много видевшего.

Это был не тот загорелый энергичный мужчина, чье осколочное ранение она промывала и зашивала во временном госпитале, пока он продолжал говорить в камеру. Она сказала ему, что нужно более качественно обработать рану, раздраженная тем, что он отнимал время у других ее пациентов. У тех, в отличие от него, не было выбора находиться здесь или нет.

Уловив ее тон, он оглянулся и в какой-то момент действительно посмотрел на нее, будто за маской и одноразовыми перчатками хотел увидеть не какого-то безликого медицинского работника, наложившему ему временную повязку, а настоящего человека.

Он сделал шаг к ней, словно желая что-то сказать, но в этот момент взрыв сотряс временный госпиталь, наполнив воздух удушливой пылью, и она занялась эвакуацией раненых.

К тому времени, как у нее выдалась минутка перевести дыхание и подумать о нем, он уже ушел.

Она была поражена, когда, вернувшись домой, обнаружила, что они соседи. В деревенском магазине ходили слухи, что он арендовал Дауэр-хаус, чтобы написать книгу о своем опыте, но восторг от того, что среди них есть знаменитость, быстро угас.

То, что он не узнал ее, по идее, должно раздражать. Но она, накричав на него сейчас, радовалась, что тогда была в маске, а он слишком отвлечен, чтобы узнать ее. По словам Альмы Лейси, которая убирала, ходила за покупками и готовила для него, он проводил время взаперти, в своем кабинете. Служанка почти не видела его.