Магия смелых фантазий

– Ты замерз, – сказала она и повела его вдоль летного поля к воротам и дальше к дому родителей. Отперев дверь, проводила его вверх по лестнице. Там, в своей комнате, полной ее книг, старых игрушек, снов и надежд, она раздела его, разделась сама, и со всей копившейся в ней любовью и страстью – губами, руками, телом она согрела его.

Глава 2

Уставшая, с легким головокружением после качки, Энди сошла на берег с парома, доставившего ее на остров. На пограничном контроле она протянула паспорт офицеру.

– Бонджорно, синьора, – приветствовал он и, глянув на последнюю страницу документа, перевел изучающий взгляд на нее. Вероятно, в древнем порту Сан-Анджело еще две тысячи лет назад с таким же подозрением встречали путешественников, смущая даже самых добропорядочных из них. – Какова цель вашего визита на остров Фьори?

– Я скрываюсь, – пробормотала Энди.

От своей работы, от жизни, от мужчины, которого она полюбила с того переломного мгновения, когда он встретил аплодисментами ее безупречное приземление в сложных условиях порывистого бокового ветра.

– Простите?

Энди проглотила комок в горле.

– Приехала в отпуск.

Слова прозвучали неубедительно. Энди понимала его недоверчивость, хотя липкие, стекавшие по спине струйки пота не были вызваны чувством вины.

– Путешествуете одна?

Ну, это как посмотреть… Она кивнула:

– Да. Сама по себе.

– Где намерены остановиться?

– Вилла «Роза», – сказала Энди, глядя, как брови пограничника ползут вверх.

Брови офицера взлетели на самый лоб. Конечно, любовница короля Лудано не очень годилась в крестные, но София пошла в школу в один год с ее бабушкой. Их дружба выдержала все испытания и продолжалась всю жизнь. Когда у родителей Энди родилась четвертая дочь, других кандидатур на роль крестной матери уже не осталось.

Кашлянув, пограничник полистал паспорт.

– Вы много путешествуете?

– Да. – Посадки и вылеты из аэропортов Европы и Ближнего Востока она совершала почти ежедневно. – Я – коммерческий пилот.

– Понятно. – Он задумчиво окинул ее взглядом, но отнюдь не страх был причиной ее слабости: ноги едва держали, заставляя тяжело облокачиваться на разделявшую их стойку. – Вы плохо выглядите, синьора Марлоу.

– Мне и вправду нехорошо, – призналась Энди.