Бильярдист

«Интересно, какое впечатление произвела моя сегодняшняя игра на Анатолича? – подумалось вдруг. – Он видел столько сильных игроков…. А вот я таких, как он, еще не встречал…». За мыслями и воспоминаниями Соболев не заметил, как подошел к отелю. Поднялся в свой одноместный номер на втором этаже, приоткрыл окно и с наслаждением вытянулся на огромной кровати. И почти сразу уснул. Сказались психологическое напряжение вечера и триста граммов коньяка. Выпивал он крайне редко, потому как отец с детства внушал, что алкоголь вреден, а к словам отца Сашка всегда прислушивался….

Глава 2. Аз есмь в чину учимых…

На следующий день, позавтракав в гостиничном кафе, Соболев вновь направил стопы в бильярдный клуб. Утро выдалось солнечным и довольно жарким. Улица полна людей, почти все явно двигаются в направлении пляжей. Ну правильно, основная масса сейчас здесь – приезжие, они и прибыли сюда, чтобы беззаботно поваляться на горячем песке, окунуться в прохладную соленую воду и забыть про надоевшие дела и заботы.

И снова валяться, прерывая это занятие лишь для того, чтобы время от времени выпить стаканчик коктейля и наполнить желудок чем-нибудь вкусным и типично южным. Соболев вздохнул. Ведь и он приехал в Сочи за тем же самым. Но – человек предполагает, а Бог располагает.

Когда Александр вошел в бильярдную, часы на противоположной входу стене показывали без пяти десять. За одним из столов четверо парней играют пара на пару. Анатолич сидит за столиком неподалеку от барной стойки в компании высокого худощавого мужчины лет сорока.

Увидев молодого человека, приветливо кивнул, сделал приглашающий жест. Соболев подошел, поздоровался с мужчинами за руку.

– Максим, – представился худощавый.

– Александр, – представился Александр.

И, спросив взглядом разрешения у Анатолича, уселся на свободный стул. На столике – две маленькие чашки кофе, тарелочка с печеньем.

– Будешь что-нибудь? – спросил Алексей. – Заказать кофе?

– Нет, спасибо, только что позавтракал, – отказался Соболев.

Он исподволь разглядывал Максима, стараясь разглядеть нечто особенное, какие-то черты, присущие только Мастеру. Ничего такого не усмотрел. Человек как человек. Ну, может, взгляд очень уж спокойный и внимательный, и движения совершенно не суетливые, Впрочем, он и не двигался почти.

– Вот о нем я тебе и говорил, – счел нужным сообщить Максиму Анатолич. – Пунктуальный, однако, – улыбнувшись, показал взглядом на часы. Максим кивнул.