Красивая как ночь

Кэм сердито посмотрел на Боадицею, лениво дремавшую на его утренней газете, потом вскочил и заметался по комнате, изливая свое раздражение. Наконец он схватил кочергу и стал яростно ворошить угли, пока они не вспыхнули ярким пламенем. Сверкающие темно-синие глаза Хелен всегда будто согревали комнату, а ее уход, казалось, лишил кабинет остатков тепла.

Его размышления прервал громкий стук. Прежде чем он успел повернуться, дверь распахнулась и к нему влетел смерч в лице достопочтенного Рэндольфа Бентама Ратледжа.

Глава 2

Нескончаемая весна мотовства

Он тут же упал в кресло, где несколько минут назад сидела Хелен.

– Можешь делать со мной что угодно! – заявил Бентли, вытянув и небрежно скрестив длинные ноги. – Меня вышибли и обратно брать не желают.

Он говорил с таким безразличием, что его слова невозможно было принять за раскаяние. Граф с удивлением взирал на семнадцатилетнего брата. Утро явно не задалось, поэтому Кэм не сразу осознал произошедшее, а когда наконец до него дошло, тут уж он дал волю гневу.

– Бентли, – зловеще начал он, – осенний триместр начался всего несколько дней назад. Молю Бога, чтобы у тебя нашлись веские причины для присутствия в моем кабинете.

– Их нет, – ответил Бентли.

Сквозь пелену нарастающей ярости Кэм видел, что красиво очерченный рот брата, в точности как у его покойного отца, напрягся в вызывающем упрямстве.

– Просто «нет»? – Голос Кэма понизился до холодного шепота.

– Да, милорд, – ответил Бентли, слегка вжимаясь в кресло.

– Какая удивительная проницательность. – Графу нестерпимо захотелось придушить мальчишку, но вместо этого он сел, взял карандаш и начал выстукивать на ладони бешеный ритм. Боль, как ни странно, немного успокоила его гнев, и, откинувшись на спинку кресла он разглядывал побледневшее, но все равно упрямое лицо брата.

– Проклятие, Бентли, – наконец проворчал он. – Карты или кости?

– Ни то, ни другое.

– Пьянство? Распутство? – Бентли двусмысленно пожал плечами. – Хватит юлить, мой мальчик. Насколько все плохо? И во что мне это обойдется? Вернее, стану ли я платить?

– Жаль, что я доставляю тебе неприятности, святой Кэмден, но я не «твой мальчик», и у меня нет недостатка в средствах. – Бентли сумел-таки выдавить ухмылку, потом вытащил из кармана письмо и небрежно швырнул листок брату. – Возьми, если у тебя нет лучшего чтения.