Любовь в наследство

Неужели закон может допустить такое?

– Вы оба праправнуки третьего герцога Уорнема, геройски погибшего в конце семнадцатого века в восстании за Вильгельма Оранского, – сообщил поверенный. – У третьего герцога было два сына-близнеца, родившихся уже после его гибели, которые появились на свет с разницей в несколько минут. Уорнем мертв, его сын Сирил умер раньше его, и вы теперь единственный наследник по линии рожденного вторым близнеца. Итак, Геральдическая палата определила, что…

– Да плевать я хотел на вашу Геральдическую палату и то, что она определила! – выкрикнул Гарет.

– Гарет, что за выражения! – возмутилась Ксантия. – Сядь и все мне объясни. Твоя фамилия действительно Вентор? И твоего дядю на самом деле убили?

В этот момент в комнату постучали, и едва ли впорхнул темноволосый джентльмен, одетый как настоящий денди, но с чем-то огромным в руках, и жизнерадостно поприветствовал присутствующих:

– Доброе утро, дорогие!

– Что это значит? – возмутился Гарет, начиная терять терпение.

– Господи, мистер Кембл, что это у вас? – Ксантия поднялась ему навстречу.

– Наверняка еще какой-нибудь чрезвычайно важный пустячок, – заключил Гарет, шагнув ему навстречу.

– Это амфора династии Тан, – скептически заметил Кембл, предусмотрительно отодвинув предмет. – Не дотрагивайтесь до него, невежда!

– Для чего она? – удивилась сбитая с толку Ксантия.

– Эту бесценную вещь следует водрузить на мраморный подоконник. – Мистер Кембл пересек комнату и бережно поставил амфору туда, где ей место, и удовлетворенно заключил: – Вот так! Великолепно! Теперь объявляю ваш декор полностью завершенным.

Прошу прощения за вторжение. На чем вы остановились? Мистер Ллойд укокошил своего дядю, так? Я не удивлен. Но продолжайте!

– Вы, наверное, неправильно выразились. Вероятно, это был кузен, да? – заметила Ксантия и поспешила представить Кембла поверенному.

– И я никого не «укокошил», – бросил Гарет.

– Да, с этим мы разобрались, – холодно подтвердил поверенный.

 – Мистер Ллойд в то время был посреди Атлантического океана, так что у него великолепное алиби.

– Но что самое удивительное, Гарет у нас теперь герцог! – не обращая внимания на слова поверенного, воскликнула Ксантия, коснувшись ладонью рукава Кембла.

– О господи! – Гарет почувствовал, как у него начинает закипать кровь. – Успокойся, пожалуйста.

– Я совершенно серьезно, – не унималась девушка, обращаясь к Кемблу. – Гарет действительно из герцогского рода.