Я найду тебя

– Медсестра Джейкобс, насколько я понимаю, это не первый случай, когда вам что-то мерещится?

Эмили удивленно уставилась на нее. Откуда ей это известно? Ведь у нее нет доступа к записям ее психотерапевта…

– Возможно, больничные сплетни достойны осуждения, моя дорогая, и тем не менее о вас говорят такое. И хотя я искренне сочувствую вам по поводу того, что вы пережили, я не допущу, чтобы вы работали здесь, если такое будет продолжаться.

Должно быть, на лице Эмили отразился шок, и она пожалела, что затронула эту тему в разговоре с Шелли.

Ей никак нельзя потерять работу и вернуться к бесконечным дням одиночества и навязчивым мыслям о Зои. Ей нужно разнообразие в жизни, нужно двигаться вперед, чтобы каждый день думать и разговаривать с нормальными людьми о нормальных вещах…

Бэрроуз протянула ей бумажный носовой платок.

– Не плачьте, моя дорогая. Вы не поверите, но в своей старой больнице, еще будучи студенткой, я однажды решила, что видела там привидение.

Эмили вытерла глаза и недоверчиво уставилась на нее.

– Да-да, моя дорогая. Старые байки, рассказанные другими, так распалили мое воображение, что я поверила, что это правда. Дескать, призрак старика – бывшего пациента – якобы частенько посещал по ночам больницу, так как он умер там много лет назад. Говорили, что он якобы приходил и сидел с медсестрами ночи напролет или у постели больных, разговаривая с ними. В течение нескольких недель мне было страшно заходить ночью в ту палату из-за страха увидеть его. В ночь, когда мне показалось, что я увидела его в дальнем конце коридора, я буквально окаменела от ужаса.

Мне было страшно сдвинуться с места. Но затем пациент – точнее, пациентка – вызвала меня звонком, и я была вынуждена пойти и проверить, в чем дело. Я смотрела себе под ноги, пока шла по коридору, и когда в конце концов подняла глаза, призрак уже исчез. Я тогда правильно сделала, что пошла на звонок. Пациентка, которая позвонила, нуждалась в срочной помощи; после удаления миндалин у нее было послеоперационное кровотечение.

Услышав эту историю, Эмили слегка успокоилась. Возможно, Бэрроуз не так уж и плоха. Просто она – представительница старой школы и привыкла поступать так, как ее учили.

– Извините меня за мое поведение, сестра Бэрроуз. Я действительно возьму себя в руки.

Та кивнула:

– Хорошо. Я надеюсь, что так и будет. К тому же наша больница еще слишком новая, чтобы обзавестись собственными привидениями, – добавила она с кривой усмешкой.