Один маленький грех

– Не думаю, чтобы меня это действительно заботило, – наконец признался он. – Называйте меня как хотите. Я не поклонник точности ни в какой ее разновидности.

– Не могу согласиться полностью, – сказала она. – Я думаю, вы очень точны, когда играете в карты.

Он взглянул на нее из-за чашечки с кофе и тонко улыбнулся.

– Прихожу к выводу, что вы недооцениваете мой талант, – ворчливо сказал он. – Но при условии, что он хорошо отточен, игра в карты, мисс Гамильтон, становится искусством, с помощью которого бедный молодой шотландец может идти своим путем в этом мире.

– Так вы несчастный бедняк? – Она выразительно посмотрела на его элегантный сюртук, стоивший, вероятно, больше, чем половина ее гардероба.

– Нет, и никогда им не был. – Его глаза опасно заблестели. – Но в настоящее время я, как вы недавно напомнили мне, очень богатый джентльмен. И, уверяю вас, я никогда бы не стал им, если бы жил за счет своих арендаторов.

– Возможно, вы стали им в силу слабостей других людей, – предположила она.

– Меня нимало не волнуют слабости мужчины, мисс Гамильтон, если он так глуп, что садится играть за стол со мной, – отвечал он невозмутимо. – И когда я играю, ничто не остается на волю случая. Все дело в вероятности и статистике – вещах настолько реальных и ощутимых, что их можно рассчитать на обороте старой газеты.

– Как нелепо это звучит! – возразила она. – Вы пытаетесь выдать порок за добродетель. Всем известно, что игра в карты зависит от удачи.

– В самом деле? – Он потянулся за колодой карт. Ловким движением он разложил их на столе веером. – Возьмите карту, мисс Гамильтон. Любую карту.

Она хмуро посмотрела на него.

– Это не деревенская ярмарка, милорд.

– Мисс Гамильтон, вы боитесь, что, несмотря на ваше знание жизни, вы в чем-то можете оказаться не правы?

Она схватила карту.

– Прекрасно, – сказал он. – Теперь у вас в руках карта…

– Как вы проницательны, Маклахлан.

Напряжение повисло в комнате.

– …карта, которая может быть или черной, или красной, – продолжал он. – Шансы пятьдесят на пятьдесят, не так ли?

– Так, но при чем здесь наука?

– На самом деле очень даже при чем, – сказал он. – Конечно, есть еще другая переменная.

– Мне кажется, их пятьдесят две.

Его брови снова поползли вверх.

– Давайте поэкспериментируем, мисс Гамильтон, – предложил он. – Карта, которую вы держите в руке, или туз, или фигурная, или нефигурная.