Три маленьких секрета

 – Расторгнуть брак после того, что мы вместе совершили? Какой безмозглый болван поверит, что это возможно? Ты считаешь меня круглым дураком?

Боже, он говорит так убедительно! Кровь отхлынула от лица Мэдлин. У камина стоял кожаный диван. Ухватившись за спинку, она сделала несколько шагов. Сильная рука Меррика поддержала ее, не давая споткнуться, и Мэдлин опустилась на сиденье.

Господи! Боже правый! Не может этого быть… Комната вдруг поплыла у нее перед глазами, и Мэдлин провалилась в темноту. Опустившись на колено, Меррик мягко растирал ей руку.

Мэдлин почувствовала, как его гнев сменился другими эмоциями.

– Мэдлин, что он тебе сказал? – Казалось, Меррик давился словами. – Что Джессоп сказал тебе обо мне?

Мэдлин невидящим взглядом смотрела в стену.

– Я их видела, – опустошенно сказала она. – Я… я видела бумаги. Твою подпись.

– Какие бумаги? – Меррик взял ее лицо в свои ладони и повернул к себе. – Какие бумаги, Мэдлин?

– Аннуляцию, – сказала она. – Две или три страницы… с печатью, свернутые в трубку и перевязанные лентой.

И ты подписал их, Меррик. Папа мне показывал.

Прищурившись, он покачал головой.

– Мэдлин, как выглядит моя подпись?

– Я… я не помню.

– Ты не можешь ее помнить, потому что видела ее только раз, – ответил Меррик, – когда я подписывал регистрацию брака в Гретна-Грин. Ты смотрела на мою руку? Ты это помнишь?

Мэдлин проглотила ком в горле.

– Нет… не помню, – призналась она. – Я… я так волновалась. Разве мы что-то подписывали? Думаю, должны были.

Но папа сказал, что брак расторгнут. Он сказал, что ты этого хотел.

Меррик сжал ее руки:

– А ты этого хотела, Мэдлин?

Она молча кивнула, слезы стояли в ее глазах.

– Я совершила ошибку, Меррик, – прошептала она. – Мне было всего семнадцать. Я не знала, как устроен мир.

Силы оставили Меррика. Он снова почувствовал себя выпотрошенным, опустошенным. Вероломство Джессопа его не удивило. Он познал нрав отца Мэдлин на собственной шкуре. Но Меррика всегда поражало полное отсутствие решительности у Мэдлин.

Он никогда не думал, что жизнь и родные Мэдлин будут ласковы к ним. А она верила в это? Очевидно, да. Во всяком случае, она не была готова плечом к плечу с ним преодолевать тяготы жизни.

– Мы все еще женаты, Мэдлин, – сказал он тусклым голосом. Казалось, слова шли из глубин усталого сердца. – И останемся супругами до смерти.

– Не говори так! – воскликнула она. – Я этого не вынесу! Я отказалась от всего, Меррик.