Счастливчики

Сегодняшний вечер не исключение. Что бы ни играло в машине Люси, оно вызывает у меня тошноту и одновременно заставляет ногой отстукивать ритм. Мне хочется возненавидеть песню, но почему-то не получается.

– Что это за хрень? – Прикручиваю громкость, чтобы Люси уловила мой голос. – Я только раз ее услышала, а уже люблю-ненавижу. В смысле, гадость, но все равно хочется под нее танцевать.

– Круто, – смеется Люси. – Непременно передам твои слова Конору, как доберемся. Держу пари, он оценит.

Понятия не имею, о ком она.

Люси умеет кучу всего наговорить, а по сути ничего и не сказать. Она ловит мой взгляд.

– А, точно, прости. Конор – тот, кто поет эту песню. Солист «Имя собственное и нарицательное», группы, которая проводит прослушивание. Так что насладишься их творчеством лично. – Люси шлет мне улыбку. – Может, решишь потанцевать. Или даже спеть.

– Ну конечно, мне захочется погорланить посреди репетиции какой-то левой группы, – фыркаю я. – Вот уж нет, спасибо.

Она сжимает губы, когда мы останавливаемся на светофоре.

– Знаешь, я помню, как ты все время танцевала… и пела. Помнишь, как я застукала тебя танцующей под музыку в спальне, а потом еще и Джордан пришел? Мы с ним тоже начали танцевать… ты начала петь… Джордан сбегал за гитарой. Нам даже не нужен был повод. Я могла часами наблюдать, как вы вместе пишете музыку. Честно, Мэй. – Она шмыгает носом, и я чувствую на себе ее взгляд, но сознательно отворачиваюсь и смотрю в окно.

Люси качает головой.

– Мне очень не хватает тех тусовок.

Ты поешь, Джордан играет на гитаре, я на барабанах… – Она смотрит на меня, видит мое замкнутое выражение лица. – Знаю, это сложно, но разговоры о нем не приведут к концу мира. Может быть, они даже помогут… – Подруга осекается, наткнувшись на мой гневный взгляд. – Или нет.

Какое-то время молчу, затем спрашиваю:

– Сколько баллонов ты захватила?

– Баллонов?

– Ага. Баллонов. С краской. На потом.

– А, это, – пожимает плечами Люси. – Слушай, я тут подумала… может, сегодня не стоит?

– Что? – напрягаюсь я.

 – Ты же обещала. И уже прогуляла прошлую ночь. На меня кошка напала, и… – Осекаюсь, поймав ее красноречивый взгляд, мол, ты чего несешь. Собственно, она меня в одиночку к дому адвокатессы не посылала. Стискиваю зубы и снова отворачиваюсь к окну. – Ладно. Проехали. Хотя ты сама подняла тему.

– Да, знаю. Прости, что надавила на больное. – Люси барабанит по рулю, всегда так делает, когда нервничает.