Цветы миндаля

Тому в конце концов надоел этот осмотр, и он усмехнулся:

– Что ты на меня так пялишься? Заметен мой недотрах? Только она птичка не моего полёта, так что мне ничего не светит. И, да! На ней ещё серёжки были, такие длинные.

Он изобразил в воздухе что-то витиеватое.

– Serpenti Viper от Bvlgari. Белое золото и бриллианты. Цена двадцать пять тысяч долларов. Название переводится, как Змея, – выдал Дарик, даже не задумываясь.

Бирк аж присвистнул:

– Охренеть цена за побрякушки. С каких пор ты стал разбираться в женском барахле?

– С тех пор, – усмехнулся самодовольно Джеймс и пафосно продолжил, – как поработал с баронессой Августой Викторией фон Винтер, которую ты сегодня имел честь лицезреть.

До Бирка начало доходить, слышал он уже это имя по телевизору:

– Так, эта та дамочка, с которой ты шлялся по Востоку, и которую посадили потом. Она, выходит, сбежала, – присвистнул Бирк. – Неплохо.

– Именно. И не спрашивай как. Я понятия не имею. То, что ты видел, лишь красивая ширма. Она руководила операцией на Востоке.

И поверь, – нахально усмехнулся он. – делала она это просто отлично. Эта женщина – стратег, каких мало. И руководствовалась она всегда только логикой, в отличие от некоторых, которые принимали спонтанные решения, руководствуясь хрен знает чем.

Бирк понял, что тот сейчас кинул камень в его огород. Когда Рамен руководил операциями, Дарик был вечно чем-то недоволен, ещё и за это Бирк его недолюбливал.

– Говоришь отлично? – со злым сарказмом переспросил Бирк, садясь и откидываясь на диване.

 – А как же тогда она – такая умная – за решётку угодила?

– Частично… по моей вине. История там долгая, – Дарик даже отвернулся от него, не желая вдаваться в подробности.

– А мы никуда и не торопимся, – Бирк выключил телевизор: футбол уже закончился. Он снова сел на диван и открыл свою бутылку пива:

– Валяй рассказывай. Обещаю быть самым благодарным слушателем, который когда-либо у тебя был. И сразу предупреждаю: точно не отстану, пока всё не узнаю. Так что даже не думай сбежать от меня в свою комнату.

Глава 3

Дарик почесал коротко стриженый затылок, решаясь, и заговорил:

– Начну с хреновых лет, чтобы тебе понятнее было. Рос я в нормальной семье, вполне себе обеспеченной. Был обычным пацаном, а потом в подростковом возрасте гормоны в одном месте заиграли. Захотелось больших свершений и правых дел. И эта хрень ещё долго у меня не проходила. Понимаешь?

Бирк неопределённо пожал плечами, но на самом деле он не понимал.