Борись за нее

– Потерять кого-то близкого – самое трудное испытание, – признает Элайджа. – Никогда не знаешь, насколько ты силен, пока не столкнешься с истинным горем.

От его слов по коже бегут мурашки.

Да, это правда. Ты не узнаешь, что такое сила, пока не столкнешься со смертью любимого человека и не выйдешь из депрессии, продолжив функционировать в повседневной жизни так, будто ничего не случилось. При этом, как бы ты себя ни вел, ты все равно будешь помнить о трагедии.

Я замечаю что-то красное и переключаю внимание на руки Элайджи.

Откуда взялись эти пропитанные кровью бинты, обернутые вокруг костяшек? Да, кровь уже засохла, однако багрово-коричневый цвет трудно не заметить.

Не раздумывая ни секунды, я тянусь и хватаю его несчастные руки. Наш откровенный разговор остается в прошлом.

– Что случилось?!

Элайджа убирает руки.

– Ничего, – пренебрежительно отвечает он.

Я медленно перевожу взгляд с настороженного лица Элайджи на костяшки пальцев и вижу, что кровь буквально окрасила бинты в красный цвет.

– Дай мне свои руки, – требую я, едва сдерживая чих, который мог бы испортить столь авторитетный тон.

– Скарлет, это не…

– Дай мне свои руки.

Мы замираем на несколько напряженных секунд, а затем он молча вкладывает руки мне в ладони. Я достаю из кармана дезинфицирующее средство и бинты и тут же получаю вопрос:

– Откуда у тебя аптечка?

Я понимаю, что это довольно странно – внезапно доставать средства первой помощи.

Я улыбаюсь.

– Один из друзей Джека поранился, и я обработала его раны.

Оставила набор на тот случай, если кто-то еще пострадает.

Я действительно удивлена, что с Брайсом не случилось ничего более серьезного, чем несколько царапин.

Я осторожно начинаю снимать повязки с левой руки Элайджи. Заметив, что они полностью покрыты засохшей кровью, хмурюсь.

Откуда у него раны? Он кого-то или что-то ударил?

Вопросы, которые начали безудержно всплывать в голове, быстро исчезают при виде настороженного взгляда Элайджи.

Он явно не хочет, чтобы я задавала вопросы, поэтому я предпочитаю молчать.

Вместо разговоров я обрабатываю раны. Я смачиваю водой из бутылки чистую салфетку, вытираю засохшую кровь, накладываю мазь. Элайджа молчит. Я чувствую, как его глаза сверлят меня, но отказываюсь на него смотреть. Он явно не хотел, чтобы я помогала. Но почему? Возможно, просто боялся услышать вопросы. Вероятно, он разрешил помочь лишь потому, что я промолчала.

– Готово.