Потеряшка. Разборки вендов

Нам навстречу полетел целый рой, так мне тогда показалось, стрел, и сначала медленно, и не совсем слитно, видимо немного рваный ход мостопов мешал, но потом все быстрее и слаженней, засадники, казалось единым стальным механизмом двинулись на нас.

– Лучники, бей! – прокричал Плото, выпуская первую стрелу. Практически мгновенно мы с Тенго поддержали его, и три стрелы полетели навстречу нападавшим. Пинками пяток по бокам мы пустили своих мостопов в пляс, чтобы хоть немного, но сбить прицел, пусть и не так слаженно, как в первый раз, но продолжавших стрелять в нас надвигавшихся противников.

Я лихорадочно выпускал стрелу за стрелой, понимая, что никакого вреда они не приносят, либо соскальзывая по броне, либо втыкаясь в щиты. Даже мостопы у них были все в броне, по крайней мере в стальных нагрудниках, насколько мне это было видно. Время словно замерло. Звуки команд Бена, командира альтов, сбивавшего плотнее наш жидкий строй, хрип и топот нападавших. Почему топот-то, у них же мягкие лапы. Ну вот опять, о чём я думаю? Наконец-то, кого-то видимо мы задели, и хорошо так задели, потому что в самом центре летевшего на нас строя, один из воинов откидывается назад со стрелой в лице и падает под ноги своим же, вызвав небольшую сутолоку и сбив ещё одного из всадников. Хоть какая-то от стрелков польза.

Но как же это страшно, смотреть на надвигающийся строй, в эти мгновения, тебе кажется что надежды кажется нет никакой, такая махина расправится с нами одним ударом, просто опрокинув на землю.

Я продолжал стрелять, когда в налетавшую на нас лавину закованных в броню всадников, буквально в нескольких метрах от нас, с обоих сторон ударило по жиденькому строю, по десять альтов в каждом. Наши друзья не имели кованного доспеха, так как передвигались скрытно, хорошо хоть копья с собой тащили, но с шага нападавших сбили, заставили притормозить, и те потеряли разбег, притормозили чуть-чуть. И тут меня будто кувалдой снесло с моего мостопа на землю в пыль, и я грохнулся спиной с высоты прямо на дорогу, а затем еще меня и проволокло несколько метров, переворачивая словно полено. В первую долю секунды у меня возникла мысль подскочить и продолжить бой, так как свой лук я всё ещё держал в руке, да и стрела одна имелась, зажатая в другой, а вот остальные остались в колчане, притороченном к седлу. Но потом я вспомнил о своей же идее, и замер, лежа на спине, изображая труп. Дван потом меня похвалил, мол очень реалистично смотрелись мои трепыхания.