Кредо инквизитора

Где твоя мама? – Спрашивал Бульдог.

– Она здесь… – внезапно ответил младенец, и показал на воду.

Бульдог обернулся и увидел, как облокотившись на уличный камень, из канала на него смотрит обнаженная, неземной красоты девушка, с очень длинными чёрными волосами и зелёными глазами.

– Кто ты? – Ошарашенный, ослеплённый её красотой, спрашивал Бульдог.

– Игорюшке нужен папа… Спускайся ко мне. Я умею любить, умею быть нежной.

Он шёл, словно по ниточке его вели к обрыву – к самому краю.

Слеш что-то кричал отбиваясь.

Было понятно, что ему нужна помощь.

Я чувствовал тепло, слабость, сонливость, возможно, я просто не выспался и всё из-за этого. Лёгкость, сладкий поток тяжелого, сжатого воздуха внутри, во мне. Сердце начало совсем сильно биться, у меня паника.

Иржи шёл к истокам голосов, вдруг он почувствовал, что что-то тяжёлое легло на плечо и отчётливый голос прокричал ему прямо в ухо:

– Иржи! Беги! Она сама смерть со своим прихвостнем Игошей! Смерть!

Потом он почувствовал резкий толчок.

Упал на колени. Всё происходило за ним и голос продолжил:

– Я помогу видеть! Помоги! Спаси всех нас!

Как-будто что-то в него положило часть. Тело сжалось, всего затрясло. Схватила судорога и резко отпустила. Он упал. Потом встал, отряхнулся и через страх, медленно повернулся.

Он увидел жуткую картину: более сотни фиолетовых сгустков плазмы в виде человеческих фигур стоят, разбросанные по всему пространству, закинув головы вверх, кричат, умоляют о помощи. Это были вытьянки – тоскующие души непогребённых.

Слеш отбивается от чёрно-красного умруна, напоминающего лысого старика, с длинной белой бородой, длинными растопыренными пальцами и торчащими клыками. Я лежал на земле, рукава на обоих руках порваны, мои руки обнажены, вены порезаны вдоль на обоих, и к ним присосались шесть навий, маленькие рыжеволосые девушки, с зелёными телами и вытянутыми вперёд, словно у змей, головами, желавшие в последствии поглотить меня, не оставив следов моего пребывания в этом богом забытом месте. Рядом с Бульдогом обезображенный труп младенца, Игоша, а сам Бульдог – в секунде от прыжка в холодную воду.

Иржи резко выхватил свой скрамасакс и понёсся к Слешу, держа меч справа от своего тела левой рукой. Умрун держал руки Слеша и двигался, желая впиться ему в шею. Иржи крикнул: «Эй, труп!». Умрун повернулся в сторону голоса и получил удар в голову. Иржи продолжал его бить, потом, обезопасив Слеша, полетел ко мне, перекинув меч на левую сторону.