Мужчины и женщины

– Забыл, – сказал виноватым тоном, – извини, – и тут же по привычке разозлился: – Вечно ты выставляешь!

– Что выставляю?

– Всё выставляешь!

– Что именно выставляю, я тебя спрашиваю?! – Мария покраснела от негодования.

– Да колено, например…

– Посмотрела бы я, если бы у тебя так колено болело!

– Марусечка, – Сева пошёл на попятную, – я же просто сказал, давай лучше займёмся делами…

Мария надела халат, взялась за трость и медленно, с усилием, поднялась.

– Тебе тост сделать?

– Сделай.

Сева сел на стул и по-хозяйски огляделся, он уже предвкушал застолье. Вот только прибрать надо. Жена из-за болезни не могла, приходилось самому.

– Севочка, тост готов! – крикнула Мария.

Сева зашёл в их маленькую кухоньку. На закопчённой двухкомфорочной плите стояла сковородка с остатком вчерашней яичницы, в умывальнике лежали огуречные полосы и луковая шелуха. Начавшийся ясный день уже ощутимо пригревал, и из открытого окна тянуло жаром. Мария включила чайник.

Сева недовольно потянул носом – его тост явно пригорел. Он подошёл к холодильнику, открыл, достал бутылку пива, сел за сразу качнувшийся стол – своей мебели у них почти не было, да и какая мебель, когда Мария получала пособие по инвалидности, а Сева то работал, то не работал, причём гораздо чаще не работал. Перебивались.

Сева открыл пиво, глотнул, откусил излишне хрустящий, с чёрными пятнышками хлеб, пожевал:

– Маруся, – спросил с полным ртом, – может, надо что-то для салатов купить?

Мария поискала взглядом – картошка была, лежала на полу в пакете, а вот лук закончился.

– Лук, свеклу, зелёный горошек, баклажаны, чеснок… – начала перечислять.

Сева перебил:

– Ты что, с ума сошла?

Мария изумлённо посмотрела.

– Ты что с ума сошла? – повторил Сева, закипая. – Столько покупать – да мы без денег останемся! Без денег! – затрясся, будто в припадке.

Мария схватилась за грудь.

– Господи, как ты мне надоел! – сказала, тяжело дыша, – при волнении ей всегда не хватало воздуха.

 – Знаешь, иди к чёрту со своим днём рождения! – закрыв лицо ладонями, заплакала. – Ну за что мне такое?! За что? Грызёт и грызёт!

– Да ладно – испугался Сева. – Марусенька! Любимая! Я же просто о нас беспокоюсь, нам жить, понимаешь – жить! А денег нет. Не волнуйся, давай лучше водички принесу, вот сейчас принесу, ладно?

Схватил стакан, налил воды из фильтра, поднёс. Мария оттолкнула руку.