Каменные человечки

В полицейском отчете из Блэки упоминается след из разворошенных листьев, как если бы кто-то спускался второпях по крутому склону оврага. Возможно, ключевой частью преступной схемы нашего убийцы является погоня как элемент игры. Нужно проверить медкарты преступников, которые вышли на свободу в последние пять лет и были замечены в жестоком обращении с детьми или преследовании. – Прюсик помолчала и негромким, спокойным голосом продолжила: – В природе погоня – важная черта поведения хищников. У гепардов, например, мать всегда предоставляет своему подросшему детенышу позаботиться о себе самому.

Хиггинс поднял голову; лоб его влажно блестел.

– Наверное… потому что нет опыта?

– Сначала должна побежать жертва, газель Томсона. Бег жертвы – триггер, запуск механизма охоты большой кошки. С ним и связан инстинкт убийства. Молодой гепард должен дождаться, пока испуганная газель сделает свой ход, а уже потом заканчивает дело.

Прюсик остановилась в нескольких шагах от новичка.

– Газели нужно набраться смелости, чтобы решиться на эту отчаянную попытку. И когда это случится, гепард догонит ее. Пока газель стоит, большая кошка в тупике и не знает, что делать. Возможно – всего лишь возможно, – что и наш преступник тоже не может. Возможно, ему, чтобы убить, нужно, чтобы они убегали. Это его заводит.

Стоя посреди комнаты, она сложила руки в молитвенном жесте, прикоснувшись к губам кончиками пальцев, закрыв глаза, представляя все это в почти трансовом состоянии.

– Будьте уверены, джентльмены, наш убийца пользуется человеческой слабостью. Как всегда делают все хитрецы. Он завоевывает их доверие. С детьми сделать это легче всего с помощью обмана, проецируя что-то похожее на нежность, что-то особенно привлекательное для юного ума, что-то неотразимое. Они должны попасться на это – на доверие, доброту, даже обольщение.

Прюсик прижала мизинец к ладони.

– По всей вероятности, девушки идут добровольно, без принуждения, без борьбы, которая привлекла бы к нашему убийце нежелательное внимание. Он умеет выбирать, и делает это хорошо. Уязвимая жертва всегда одинока. – Она помолчала. – Если больше нет вопросов, давайте вернемся к работе. Не стану напоминать, что давление есть и оно только усилится. Предположу, что прежде чем станет лучше, какое-то время будет только хуже.