Каменные человечки

 – После обеда закончим домашние дела, и у тебя еще будет время заняться своими камнями.

Они уже въехали в другой Уиверсвилл, мешанину закусочных и автомастерских. Волнение вздымало грудь, и чем ближе к центру города, тем труднее становилось Дэвиду держать беспокойство в узде. «Кафетерий Белтсона» расположился в старом квартале, застроенном зданиями с кирпичными фасадами, на которых после наводнений прошлых лет еще виднелись отметки уровня воды. Это место со шведским столом его мать предпочитала другим.

Под воротником разгорался зудящий жар. Дрожали руки. Звон в ушах нарастал с угрожающей силой.

Лоуренс припарковался немного неловко, слегка задев бордюр. Хильда толкнулась в спинку сиденья Дэвида – ей не терпелось выйти.

– Ну же, ну, – торопила она. – Я уже изголодалась.

Дэвид неуклюже выбрался из машины. Яркое послеполуденное солнце резало глаза, что не сулило ничего хорошего. Очертания зданий, машин и даже людей, сидящих за столиками у большого переднего окна, как будто мерцали и подрагивали.

Дыхание сбилось с ритма. Все предвещало еще одно видение. Или это сознание не дает ему сорваться с крючка? Он боялся, что ведет, получается, двойную жизнь и что другие заметят, поймут, что он не в себе, сложат два и два, и это станет началом конца. Но что он мог поделать?

– С тобой все в порядке, дорогой? – Липкая ладонь Хильды коснулась его затылка. – Да ты горишь, Дэвид!

– Я в порядке. – Он сжался от ее прикосновения, от давления внезапно обрушившегося на него мира.

 – И не голоден вовсе. – Он произнес это, прислонившись к крылу пикапа, и получилось почти убедительно.

Лоуренс поспешил открыть дверь для супруги. Едва войдя в зал, Хильда уверенно двинулась вперед, зацепила официантку и едва не опрокинула поднос. Бросив верхнюю одежду на спинку стула, она устремилась к раздаче горячих блюд с поспешностью ребенка, которому вдруг приспичило пописать.

Дэвид упал на стул, съежившись под натиском враждебных сил; его зрительное восприятие рассыпалось на множество завитков и точек.

Люди увидят! Может он сделать что-то еще, кроме как сидеть на стуле?

– Возьми поднос и наложи зеленой фасоли, – прошептал, наклонившись к нему, отец. – Желудку сразу станет легче.

Дэвид поднялся и, потеряв равновесие, пошатнулся. За спиной у него кто-то что-то пробормотал, и он, взглянув искоса, увидел за соседним столиком размытые тени двух женщин. Женщины замолчали и теперь только таращились на него.