Держи меня за руку / DMZR

Я бьюсь, машу руками, но сильные руки сжимают меня в охапку, пытаюсь укусить руку, нащупать кувалду, она должна быть где-то рядом, пинаю её ногой, с ужасом понимаю, что теперь точно не дотянусь.

– Тише, тише! Не кричи! – шепчет мне на ухо мужской голос, что-то есть в нём знакомое, но ужас так овладевает мной, не слышу, не понимаю, кто это. Голос шепчет, это песня.

– Где-то есть корабли, у священной земли. Есения, это же я, не кричи.

Голос повторяет строки раз за разом, пока я не слышу их и успокаиваюсь.

Я обмякла и во все глаза смотрю в черноту, не вижу лица, сама достраивая его в воображении.

– Папа! Папа! – кричу я, но рука зажимает мне рот.

– Не кричи, это я. Тише, Есения, нас могут услышать, – одними губами говорит папа и отпускает меня.

– Папа! – шепчу я, обнимая его, целуя, плача. – А они ничего не сообщают о тебе, я думала, что ты умер! Ты же не умер, правда?

Он молчит, ничего не отвечает, а я забываю про свой вопрос, не требую ответа. Ничего больше не важно, когда он рядом, ничего больше не страшно.

Он поднимает меня, я не могу отпустить его, обнимаю за шею, прижимаюсь, как маленькая девочка, тихо плачу от счастья.

– Нам пора идти, – шепотом сказал он, поднимая мою кувалду и передавая мне. – Хороший у тебя инструмент.

Я бесшумно смеюсь, крепко хватаю рукоятку, чувствуя, как силы наполняют меня, и кувалда уже не кажется такой тяжёлой. Выходим на свет, и я вижу в его руках огромный колун, я такие только в кино видела, про канадцев, как они дрова рубили, а ещё один раз на строительном рынке, папа тогда смеялся, что если переедет на дачу, то обязательно купит себе такой, соседей отгонять.

Лезвие чёрное, в бороздах грязи. Папа заметил мой взгляд и покачал головой.

– Где мы? Что это за место? – шепотом спросила я.

– Не знаю, потом поговорим, надо уходить, – быстро прошипел он и повёл меня по тоннелю влево.

Мы шли по рельсам, я часто оступалась, не попадая в такт шпал, папа шёл быстро, и я едва успевала за ним.

Свет постепенно гас, и вскоре стало абсолютно темно. Папа остановился, я врезалась в него, машинально оглянувшись назад, там, где ещё виднелся слабый отблеск сигнального фонаря, мигавшего красной вспышкой.

– Теперь идём шаг в шаг. Не кричи, даже если услышишь что-то страшное. Надо идти, не останавливаясь, пока я не скажу.

– Я всё поняла, – прошептала я в ответ.

Он пошёл первым, я за ним, держа дистанцию в три шпалы.