Крайн. Бог или Ничто

– А Дед? – Перевёл разговор Крайн, немного растерянно смотря на свою ногу. За последние десять лет только отец мог перешустрить его.

– Дед – калач тёртый, он уже как три года занимает пост главного писаря.

– Писаря? – Криво улыбнулся Крайн.

– Писарем может быть только тот, кто уже не менее пятидесяти лет на службе. Только тот, кто воспитал не менее трёх мастеров меча. Вдобавок он должен на арене победить в рукопашном бою тысячу бойцов Короны, прошедших не менее двадцати лет службы.

– Ого. Я бы не смог.

– Это да, дело сложное, – погладил гладкий подбородок Гвардий. – Звание это придумал Баррид.

– Но ведь великий герой умер очень давно.

– Так и закон придумали не вчера.

– А что ты знаешь о Барриде? В детстве я хотел быть похожим на него.

Гвардий криво улыбнулся и продолжил.

– Баррид был Талантом жизни. Такие люди живут очень долго. Может не так долго, как вампиры, но все же. Он использовал каждый час своей жизни для самосовершенствования и первым узнал, как перенять Таланты.

–Таланты?

– Крайн, давай не сейчас.

– Давай.

– Так вот. Скажу тебе по секрету, в архивах Короны первые упоминания о Барриде всплывают около тысячи лет назад. Тогда он победил, сражаяся в кругу силы. Это древние сражения, как теперешние Бои. Только проводились они в Бескрайних лугах, тысячи самых сильных бойцов приходили сразиться на кулаках. Люди, вампиры, дворфы, да все могли участвовать в этом побоище. Выиграть эти Бои, я тебе скажу, было крайне сложно. Только исполинам там запрещалось биться.

– Я часто участвовал в таких мордобоях, я знаю, как это сложно.

– Где?

– В замке графа Бумбара.

– Не хочу показаться грубым, но по сравнению с Боями, которые проводились в Бескрайних лугах, драться в замке Бумбара то же самое, что плевком пытаться сбить дракона. При том что плевать будет слепая собака, со дна океана, через соломинку.

– Да понял я, понял, – покривился Крайн.

– Так вот. В бою за титул чемпиона он победил Аза`ада.

– Я не читал об этом. Хотя и считал, что знаю о Барриде много.

– Эх, братец. Да, Баррид столько всего натворил, в хорошем смысле, что посади за столы хоть всех летописцев, за век не перепишут. Он – великий герой Мезира.

– Об этом даже дети знают, – перебил его Крайн.

– Зато дети не знают, что исполины даровали ему талант Признания.