Трикстер: Внутри своих иллюзий

Девушка потянулась к чашке и сделала небольшой глоток противно-холодной жидкости.

– Я всё ещё здесь, – неожиданный голос прямо из чашки заставил девушку поперхнуться.

– Да имей совесть! Оставь меня! – она швырнула чашку в стену. Та с глухим звоном врезалась в преграду, но, к огромному удивлению, чашка осталась невредимой. А вот стена…

Толстый слой кирпича был продырявлен насквозь. Эми уставилась на результат своего деяния. – Невозможно.

Протяжный выдох эхом раздался в спальне. Девушка вновь опустила голову на руки, прежде чем Локи заговорил.

– Если ты затеряешься среди своих иллюзий, я не смогу тебя найти.

– А меня и не нужно искать.

– Хочешь сказать, что не желаешь возвращаться? – он хмыкнул.

Эми была уверенна, что Локи знает ответ.

– Тебе не кажется, что, как для галлюцинации, ты уж слишком приставучий?

– Я реален, Эми. И я действительно могу помочь тебе.

– Зачем тебе это? Насколько известно из книжек, ты ничего не делаешь без выгоды.

– Враньё.

Она не видела его, но точно была уверенна, что в этот момент он улыбнулся во все 32.

– Но в данном случае – помощь за помощь. Ты помогаешь мне, а я взамен стану твоим проводником в реальный мир.

Эми с подозрением свела брови, намериваясь отыскать какой-то подвох в его словах.

– Помочь тебе? В чём?

В этот момент его улыбка стала ещё более широкой, а в глазах загорелся хищный зелёный огонь.

Глава 5

Огромные стопки книг заполняли каждый из возможных углов.

Из-за просторных шкафов с различными рукописями потолки казались уже не такими уж и высокими.

Воздух был пропитан запахом старых бумаг, а пыль мягко щекотала нос.

Непрерывные узоры покрывали колоны, но из-за отсутствия должного освещения их было сложно разглядеть. Тишина становилась слишком громкой. Каждый удар сердца эхом отдавался от стен.

Пожалуй, именно так выглядел классический вариант древней библиотеки.

Возле одного из шкафов стоял высокий мужчина с чёрными волосами.

Тусклый огонёк свечи мягко падал на пергамент с руническими надписями.

– Наконец-то, – его тонкие губы расплылись в довольной улыбке, а под глазами появились мелкие морщинки. Они вырисовывались каждый раз, когда он хитро щурился.

Ради этого пергамента он тайком пробрался сюда. В эту запретную библиотеку, куда, кроме Всеотца[2 - Всеотец – одно из прозвищ верховного бога Одина в германо-скандинавской мифологии.], никто не смел ходить.