Границы бесконечности

Их невежество – это мой позор, позор моего дома.

Как получилось, мрачно размышлял он, что вся эта каша стала вдруг его собственной? Ведь не он же ее заварил. А с исторической точки зрения…

– По крайней мере их продолжающееся невежество, – уточнил Майлз, не испытав при этом никакого облегчения; вина по-прежнему давила на него тяжелым грузом. – Неужели это так сложно понять? «Вам больше не надо убивать ваших детей». Казалось бы – чего проще! Ведь не требуем же мы от них знания космонавигации в пятимерном пространстве! – добавил он, вспомнив, чем мучили его последний семестр в академии.

– Им нелегко, – пожал плечами доктор Ди. – Правительство издает законы, а этим людям каждую минуту приходится испытывать их на собственной шкуре. Они очень бедны, при этом вынуждены делиться своими скудными доходами с теми, кто намного богаче их. Старые правила кажутся им гораздо разумнее. В сущности, нам самим неясно, сколько реформ мы можем себе позволить, слепо подражая галактике.

«Интересно, как ты определяешь богатого человека, Ди?» – подумал Майлз.

– Но все-таки жизнь улучшается, – произнес он вслух. – Даже здесь уже не бывает голода каждую зиму. Они не одиноки, когда случается неурожай или другая беда. – По имперскому указу пострадавшему району оказывается помощь… У нас улучшается связь. И потом… – Майлз помолчал и закончил не очень убежденно: – Быть может, вы их недооцениваете.

Ди скептически поднял брови. Пим встал, прошелся по крыльцу и на всякий случай провел сканером по зарослям.

Майлз повернулся, чтобы взять свой стынущий чай, и заметил какое-то движение в раскрытом окне – там застыла, слушая их, матушка Кейрел. Сколько же она так стоит? Наверное, с той минуты, как он окликнул ее сынишку. Встретив взгляд Майлза, женщина глубоко вздохнула, вытряхнула тряпку, которую держала в руках и, кивнув ему, вернулась к своим делам. Ди, рассеянно наблюдавший за Пимом, ее не заметил.

Кейрел и Алекс пришли только к ужину, оба усталые и запыленные.

– Я отправил на поиски шестерых, – осторожно доложил староста, обращаясь к Майлзу, сидевшему на крыльце.

Это крыльцо постепенно превращалось в нечто вроде штаба.

– Похоже, Лэм ушел в заросли. Теперь его оттуда долго не выкурить. Там сотни укромных местечек.

Охотно верю, подумал Майлз.

– А может, парень прячется у кого-нибудь из родственников? – спросил он. – Ведь для того чтобы долго отсиживаться, ему надо бы запастись едой. Они его выдадут, если он появится?

– Трудно сказать.