Гражданская кампания

Я хочу сказать, раз он близнец Майлза, то наверняка такой, но лично мне он кажется жутковатым, – добавила Оливия.

Карин напряглась.

«Если бы ты была клоном-рабом, выращенным террористами, готовящими из тебя убийцу, обучающими тебя исключительно методом физических и психологических пыток, и тебе пришлось бы убить людей, чтобы сбежать, ты бы тоже скорее всего была бы жутковатой. Если ты не половая тряпка».

Марк далеко не был тряпкой. Он обладал колоссальной силой воли. Марк создавал себя заново, прилагая к этому титанические усилия, просто героические, хоть и не видимые чужому глазу.

Карин представила себе, как пытается объяснить все это Оливии или Марсии, и тут же отбросила эту мысль. Делии… Нет, даже Делии нельзя ничего рассказывать. Достаточно лишь упомянуть о четырех полусамостоятельных скрытых личностях Марка, каждая из которых обладает своим прозвищем, чтобы разговор принял просто удручающий характер. А описание того, как потрясающе слаженно они действуют, чтобы поддерживать хрупкое равновесие, вряд ли соответствует представлению добропорядочного барраярского семейства о возможном зяте.

– Уймитесь, девочки, – добродушно сказал, улыбаясь, па, чем завоевал огромную благодарность Карин. Впрочем, он тут же добавил: – И все же, если нам предстоит ожидать сваху от Форкосиганов, мне бы хотелось знать об этом заранее, чтобы пережить шок. Майлза я знаю всю его жизнь. А вот Марк… Марк – совсем другое дело.

Они что, не могут представить мужчину в ее жизни в ином амплуа, кроме как в роли потенциального мужа? Карин вовсе не была уверена, что Марк – потенциальный муж.

Он все еще усиленно трудился над собой, чтобы стать полноценным человеческим существом. На Колонии Бета все казалось таким ясным, а теперь Карин просто кожей ощущала сомнения, обуревавшие ее семейку. Нет, она очень правильно сделала, спрятав свои бетанские сережки.

– Не думаю, что дело дойдет до свахи, – честно ответила она.

– А! – Па с явным облегчением откинулся на сиденье.

– А он действительно так разжирел на Колонии Бета? – жизнерадостно поинтересовалась Оливия. – Мне почему-то казалось, что бетанский врач не должен был ему это позволять. Я думала, они должны излечить его от этого. Ну, то есть ведь он уже был жирным здесь.

Карин подавила желание дернуть себя за волосы, а еще лучше – Оливию.

– Где ты это услышала?

– Мама сказала, что ей сказала тетя Корделия, а той – ее мама, – четко изложила Оливия цепочку слухов.