Память

– Знаешь, это все-таки лучше, чем было с одной моей прародительницей. Та думала, что она…

Нет, об этом тоже не следует упоминать.

Но Элли была любознательна и любопытна как никто. В конце концов поэтому он и определил ее в разведку.

– Что?.. – Элли затаила дыхание.

Майлз пробормотал:

– Пятая графиня Форкосиган периодически страдала от заблуждения, будто сделана из стекла.

– И что в конце концов с ней случилось? – зачарованно спросила Элли.

– Один из раздраженных родичей уронил ее.

И разбил.

– У нее была такая жуткая мания?

– Нет, башня была слишком высокая. Не знаю, – нетерпеливо проговорил Майлз. – Я не виноват, что у меня такие чудны?е предки. Скорее наоборот. Определенно шиворот-навыворот. – Он опять сглотнул, понимая, что теряет нить. – Видишь ли, одна из невоенных обязанностей лорда Форкосигана заключается в том, чтобы рано или поздно, когда-то и где-то, найти будущую леди Форкосиган. Будущую одиннадцатую графиню Форкосиган. Видишь ли, именно в этом видят первейший долг мужчины в строго патриархальном обществе.

Ты ведь знаешь… – Майлзу казалось, что горло у него забито ватой. Он начинал фразу с барраярским акцентом, потом, незаметно для себя, переходил на бетанский выговор: – …мои физические проблемы, – его рука неопределенно коснулась макушки, указав на рост, вернее, отсутствие оного, – являются не врожденными, а благоприобретенными. Не имеют генетического характера. Дети у меня будут нормальными. Возможно, этот факт и спас мне жизнь в безжалостном к мутациям обществе Барраяра. Не думаю, что мой дед до конца верил в это, но я всегда жалел, что он не дожил до моих детей. – «Я мог бы ему доказать…»

– Майлз, – мягко прервала его Элли.

– Да? – взволнованно спросил он.

– Ты пошел вразнос. Что с тобой? Я могу слушать тебя часами, но мне неспокойно, когда ты выходишь на такой режим.

– Я нервничаю, – признался Майлз, ослепительно улыбнувшись ей.

– Запоздалая реакция на сегодняшнее? – Элли придвинулась к нему, желая успокоить.

 – Конечно, как я могла забыть.

Майлз осторожно завел руку за талию Элли.

– Нет, дело не в этом. Или только отчасти. Элли! Ты не хотела бы стать графиней Форкосиган?

Она усмехнулась:

– Сделанной из стекла? Спасибо, это не в моем вкусе. По правде говоря, твой титул сочетается лучше всего с черной кожей и хромированными заклепками. А я терпеть не могу и то, и другое.