Осколки чести

Форкосиган с громким криком сделал ответный выпад, и чудовище ретировалось в темноту. Корделия заметила, что трупоеды равнин крупнее, чем их горные собратья. Кроме того, они, похоже, собирались в большие стаи.

Круг зверей все сжимался, отрезая путь к отступлению.

– А, дьявол, – проговорил Форкосиган. – Пожалуй, это все. – Сверху плавно спускался десяток бесшумных призрачных шаров. – Ну и гадкая же смерть. Что же, постараемся захватить с собой как можно больше этих тварей.

Он взглянул на нее, словно собираясь добавить еще что-то, потом покачал головой и приготовился к броску.

У Корделии сжалось сердце. Она взглянула на спускающиеся шары, и тут ее осенила гениальная догадка.

– Нет-нет, – уверенно заявила она, – это не все. Наоборот, авиация идет к нам на помощь… Ах вы, милашки мои! Летите сюда, летите к мамочке.

– Вы с ума сошли? – спросил Форкосиган.

– Вы хотели шума? Я устрою вам шум. Как по-вашему, что удерживает этих тварей в воздухе?

– Откуда мне знать! Но, конечно, это почти наверняка…

– Водород! Готова спорить на что угодно, что эти славненькие вампирчики – живые электролизеры.

Вы заметили, как они все время висят у ручьев и рек? Жаль, что у меня нет перчаток…

Форкосиган весело улыбнулся:

– Разрешите мне.

Он подпрыгнул, поймал кровососа за извивающееся пурпурное щупальце и кинул на землю перед приближающимися трупоедами. Держа факел наподобие рапиры, Корделия сделала быстрый выпад. Посыпались искры. Она ткнула раз, второй, третий…

Шар взорвался снопом ослепительного пламени, опалившего ей брови.

Громовой хлопок, и одновременно – волна невообразимой вони. В глазах запрыгали оранжевые и зеленые тени. У одного из трупоедов задымилась шкура, и он возглавил всеобщее бегство, вопя и шипя. Корделия снова ткнула факелом, целясь в повисший в воздухе шар. Он взорвался, осветив всю долину и горбатые спины убегающих чудовищ.

Форкосиган отчаянно хлопал ее по спине. Только почуяв запах, она поняла, что подожгла волосы.

Все вампиры поспешно набрали высоту и уплыли прочь – за исключением одного, которого Форкосиган поймал и удержал, наступив ему на щупальца.

– Ага! – Ликующая Корделия исполнила вокруг него военную пляску. Ей хотелось громко расхохотаться. Она поглубже вздохнула, сбрасывая возбуждение. – Как ваша рука?

– Немного обжег, – признался он. Сняв рубашку, Форкосиган завернул в нее шар. Тот отчаянно пульсировал и вонял. – Эта бомбочка может нам пригодиться.