Осколки чести

Я не сомневался, что рано или поздно ты объявишься, но ожидал тебя раньше.

– Я задержался. – Форкосиган чуть сдвинулся, уходя с линии огня парализатора Корделии. – Где сейчас Ботари?

– В одиночке.

– Ему это очень вредно, – поморщился Форкосиган. – Насколько я понял, ты не стал оповещать всех о том, что мне удалось спастись?

– Даже Рэднов не знает. Он по-прежнему считает, что Ботари тебя прикончил.

– Доволен, а?

– Как кот на солнышке. Я бы с наслаждением ткнул его мордой в грязь перед комиссией по расследованию, если бы ты оказался столь любезен, чтобы погибнуть во время перехода.

Форкосиган сделал печальную гримасу.

– Похоже, ты так и не решил, чего бы тебе больше всего хотелось. Могу ли я намекнуть, что даже сейчас еще не поздно передумать?

– Ты никогда мне этого не забудешь, – неуверенно возразил Готтиан.

– Будь я помоложе и поглупее – не забыл бы. Но, сказать по правде, мне уже слегка надоело убивать – это никого ничему не учит. – Форкосиган поднял голову и посмотрел прямо в глаза Готтиану.

 – Если хочешь, я дам тебе слово. Ты знаешь, чего оно стоит.

Нейробластер задрожал – Готтиан явно колебался, не зная, какое решение принять. И тут Корделия заметила, что по его щекам текут слезы. «О живых не плачут, – подумала она, – только о мертвых». Значит, в следующую секунду Готтиан выстрелит.

Она подняла парализатор, тщательно прицелилась и нажала на спусковой крючок. Оружие издало только слабое жужжание, но заряда все-таки хватило на то, чтобы обернувшийся на неожиданный звук Готтиан упал на колени.

Форкосиган вырвал у него из руки нейробластер, потом сорвал с пояса кобуру с плазмотроном и резким ударом свалил бывшего друга на землю.

– Будь ты проклят, – прохрипел полупарализованный Готтиан, – неужели тебя так никогда и не перехитрить?

– Будь иначе, меня бы здесь не было, – пожал плечами Форкосиган. Он быстро обыскал Готтиана, конфисковав у него нож и еще кое-какое оружие. – Кто сейчас на постах?

– Сенс – на севере, Куделка – на юге.

Форкосиган снял с Готтиана пояс и связал ему руки за спиной.

– Тебе и правда трудно было принять решение, а? – Он повернулся к Корделии: – Сенс – один из людей Рэднова, Куделка – мой.

– Но ведь это тоже ваш человек, – заметила Корделия, кивнув на связанного. – Похоже, единственное различие между вашими друзьями и врагами – в том, сколько времени они тратят на разговоры, прежде чем выстрелить в вас.