Судьба

Можно войти? – Все сказанное подразумевало, что «коллега» также занимался биологическими исследованиями, а не межзвездными расследованиями, о чем Майлз предпочел умолчать. Ну, хотя бы пока их не пустят на порог. Да и после этого без крайней необходимости ни к чему.

Либер счел объяснения вполне разумными, проглотил остатки чая и отступил. Майлз благодарно ринулся вперед. Он прошел за хозяином в крошечную гостиную и тут же уселся, чтобы закрепиться на плацдарме. Остальные последовали примеру.

– А вы были на конференции? Что-то я вас не заметил.

На самом деле, Майлз проверял, Либера там не было.

– Нет, но теперь жалею, что не присутствовал. А вы, случаем, не попали в историю с ООНН? Я в новостях видел…

– Я-то нет, а вот наш друг Ворон – да.

Майлз подал знак, и Ворон «прогрел» начало знакомства парочкой забавных историй о своих приключениях в заложниках, обойдя всякое упоминание Барраяра. Затем Ворон увлек Либера в технические вопросы конференции, и вот они уже болтали о биохимии вперемежку с малопристойными сплетнями.

Майлз решил взять быка за рога:

– Вообще-то, я у вас по поручению ближайших родственников Лизы Сато. Насколько я понимаю, вы общались с ней полтора года назад, как раз перед арестом.

Либеру не удалось скрыть ни испуга, ни смятения, враз появившихся на лице. Что ж, в конце концов, он ведь ученый, а не преступник-лицедей.

– А откуда вы знаете – в смысле, с чего вы так решили? – ляпнул он, только подтвердив догадку Майлза.

– Есть свидетельские показания.

– Но никто не видел… Никого не осталось… Но ведь Суваби умер.

– Есть еще один свидетель.

Либер сглотнул. Видно было, что он пытается взять себя в руки.

– Извините. Врямя такое было… Страшное время.

Майлз собрался было сказать что-нибудь успокаивающее, но тут хозяин дома вдруг вскочил на ноги.

– Простите, вы меня несколько смутили… Может, чайку? Сделаю-ка я еще чайку. Не желаете ли чайку?

Майлз не хотел давать Либеру время на размышления и придумывание вранья – потом ведь придется долго выводить его на чистую воду. Однако тот уже исчез на своей крошечной кухоньке. Так что Майлз лишь кивнул вслед, соглашаясь на «чаек». Либер не оглянулся.

Ворон удивленно поднял бровь:

– Мои поздравления.

– Да уж… «удар, удар вернейший».