Ученик воина

Вроде бы я помню его целиком, только в паре цифр не совсем уверен. Так… Гол!

На дисплей потоком хлынула информация и Майлз впился взглядом в мерцающие строчки. – Так вот откуда взялись маточные репликаторы! Их привезли с Эскобара, когда закончилась война. Трофеи, вот что это такое. Их было семнадцать, и все заряжены и в рабочем состоянии. В те времена подобные штуки наверняка казались высокими технологиями. Интересно, а наши не стащили их на Эскобаре, просто-напросто?

Элен побледнела.

– Майлз, они там ничего страшного не делали? Эксперименты на людях или что-нибудь такое… Ведь твой отец ни за что не позволил бы…

– Не знаю.

Доктор Вааген иногда может и… как бы это сказать… может зациклиться на какой-то исследовательской проблеме. – В голосе его вдруг послышалось облегчение. – А-а, теперь понятно. Теперь я вижу, в чем тут дело. Смотри… – Голоэкран начал разворачивать еще одну архивную запись; Майлз указал нее пальцем. – Их всех отослали в Имперский приют для детей военнослужащих. Это, должно быть, дети солдат, погибших на Эскобаре.

– Дети погибших? А где же их матери?

Они уставились друг на друга.

– Но у нас в армии никогда не было женщин. Разве что несколько вольнонаемных медтехников… – начал Майлз.

Длинные пальцы Элен крепко сжали его плечо.

– Проверь даты.

Он нажал на клавишу, и на экране вновь замелькали столбцы текста.

– Вот, нашел. – Он остановил дисплей. – Грудная девочка. Отдана под расписку адмиралу Эйрелу Форкосигану. Ее не послали вместе с другими в приют.

– Но дата, дата, Майлз! Это же мой день рождения!

Он оторвал ее пальцы от своего плеча.

– Знаю. Ты мне ключицу сломаешь.

– Это могла быть я? Это я? – Лицо девушки исказилось отчаянием и надеждой.

– Ну… Ты же знаешь, бывают всякие совпадения, – осторожно заметил Майлз. – Но существует масса способов идентификации личности – дактилоскопия, рисунок сетчатки, группа крови… Поставь-ка ногу вот сюда.

Элен запрыгала то на одной, то на другой ноге, стаскивая туфли и чулки.

Майлз помог ей прижать правую ступню к сенсорной плате компьютера. Он едва сдержался – так хотелось коснуться шелковистой кожи бедра, и провести рукой под скомканной юбкой. Он закусил губу, надеясь, что боль поможет сосредоточиться. Ох, эти проклятые узкие штаны! Авось, она ничего не заметит…

Ему действительно пришлось сосредоточиться, чтобы запустить программу оптической лазерной съемки. По подошве прошелся мерцающий красный свет; это длилось несколько секунд.