Мара

И вдруг вспомнила: мертвый дядя Саша, она надела на голову золотистый обруч. Потом стало совсем темно и … она здесь. Где это – «здесь»? Протянула руку к голове, пощупала, нет никакого обруча…

Пахнет деревом и чем-то там еще. Открыла глаза и разглядела у печки сидящую за прялкой юную девушку в странной одежде, точно из музея древнего быта. Легкий шум веретена нарушал тишину. Вот, значит, какие звуки слышались Кате. Что-о?! Печка?! Дерево?! Прялка?! Что это такое?! Где ж она?! Катя дернулась, уже и на головную боль не обращала внимания, с трудом села.

Она в деревенской комнате на тюфяке с сеном, укрыта чем-то непонятным, вся потная в длинной рубахе (ткань показалась грубой) и…с длинными волосами. Да у Кати ж была короткая стрижка! Ощупала себя, точно длинные волосы и никакого обруча на голове! Да что это?! Где она?!

Девушка бросила прялку, вскочила и подошла к кровати.

– Боярышня уж оклемалась! – крикнула она и выскочила куда-то.

Вскоре вместе с ней вошли дородная женщина и еще одна девушка в странных древних одеждах.

Женщина кинулась к кровати и заголосила.

– Мара! Марушка! Дитятко! – она обнимала Катю, по ее (женщины) щекам текли слезы.

– Мара? – Катя удивленно посмотрела на нее.

– Ужо и матушку не узнает, долго в беспамятстве провалялась, – покачала головой вторая девушка.

Какая матушка?! Какая Мара?! Катя обессилено улеглась. И что ей делать?!

– Дура ты, Снежка! – отозвалась женщина. – Она еще хворая.

– Матушка-боярыня! – поклонилась в пояс первая девушка.

 – Надо бы и отвару дать боярышне…

– Так дай, дура! – дала ей оплеуху «матушка». – Шевелись!

Первая девушка, видимо служанка, дала Кате какое-то питье из глиняного кувшина. Оно было даже приятно на вкус, Катя быстро заснула.

Когда проснулась, опять увидела ту деревенскую комнату, только не было служанки с прялкой. Тем лучше, Кате надо побыть одной и подумать. Голова не болела, только чувствовалась слабость, но это терпимо.

Итак, что ж всё это значит? Катя пощипала себя за руку и за ногу.

Вроде она не спит. Села, подняла покрывало, взглянула на тело… Тело не ее, эти длинные светло-русые волосы уж точно не ее. Хотя руки-ноги слушаются, несмотря на слабость. Вспомнила женщину и девушек в древних одеждах. Оглядела комнату. Сплошная древность, пахнет сеном и деревом, ни намека на цивилизацию. Естественно, ни холодильника, ни телевизора, ни компьютера, а у нее дома всё это есть.