Недотрога для одиночки

Да уж, удружила мама так удружила.

К утру досада только усилилась, потому что он так и не нашёл причины для подобного поворота.

К завтраку он пришёл хмурым и не выспавшимся. И остановился на пороге столовой, мысленно отметив, что количество удивлений за последние сутки уже переходит критическую отметку. Да, он хотел впечатлений, но должна ведь во всём быть мера.

В столовой стоял умопомрачительный запах домашней выпечки.

Последние годы Глеб придерживался правильного питания, и уже забыл, когда последний раз чуял с утра пораньше такие ароматы.

Матери лень было выготавливать что-то этакое для себя одной.

– Что это?

Прозвучало резковато, и Соня, хлопотавшая у стола, тут же смутилась.

– Пирожки… С повидлом и с творогом. Но я для вас приготовила кашу! Валентина Григорьевна рассказала, что вы обычно едите, я всё учла. Просто я подумала, что можно сделать и что-нибудь ещё… Вы можете посчитать продукты в счёт моей зарплаты, если что-то не так…

Она что, решила, что он жалеет для неё еды? За кого она вообще его принимает, что так разволновалась на пустом месте?

– Отставить оправдания! – оборвал Глеб.

 – Можешь готовить, что хочешь, и продукты заказывай сколько и какие надо. Варенье в пирожках какое?

– Сливовое… – окончательно растерявшись, проговорила куколка.

Стоило заметить, выглядела она сейчас очень соблазнительно. Робкая, по-домашнему уютная, ещё чуть томная после сна, с небрежно заколотыми волосами… Даже не думал, что женщина может быть такой обворожительной с утра, без макияжа, тщательно подобранного наряда и каблуков.

Захотелось сгрести девчонку в охапку и утащить в спальню. Зародившийся вчера интерес сейчас перерос в устойчивое желание. Но пока придётся довольствоваться полумерами, чтобы не спугнуть.

Глеб приблизился, без напора, почти невинно приобнял куколку за плечи, жадно втянул запах кожи. Девочка пахла чистотой и летом. Глупая ассоциация, конечно, но в первый миг ему подумалось именно так.

Потом самому стало смешно. Вот что это за запах – летний? Пыль и плавящийся асфальт?

Соня дёрнулась, пытаясь высвободиться из его рук, но Глеб не пустил. Скользнул губами по беззащитной открытой шейке, слегка куснул приоткрывшееся из-за растянутого воротника бархатистое плечо. Не выдержал и потёрся пахом о бёдра, не скрывая растущего возбуждения.

Куколка что-то испуганно пискнула, забрыкалась серьёзней, с какой-то отчаянной силой.