Потеряшка. Дикие земли Лаори

В карманах сумки обнаружились еще ключи на машину, а в кошельке лежали документы и несколько купюр, а также карточки банковские и маленькие фотокарточки всех членов моей семьи. На них я старался не смотреть, чтобы опять в истерику не впасть.

Так, что-же мне все это дает? А дает это мне то, что я могу с достаточным комфортом расположиться на несколько дней прямо хоть на этой же поляне, не страдая от голода и холода, даже не рыбача и не охотясь, что маловероятно, а если даже просто рыбача, то достаточно долго.

Нужно ли мне это? Нужно. Вдруг эта дверь, или портал, или еще #чертзнаетчто, в ближайшее время откроется и меня перенесет обратно, а если нет, то я по крайней мере осмотрюсь в ситуации, подготовлюсь к путешествию, да и успокоюсь, чего греха то таить. Состояние у меня сейчас не ахти. Я только что сообразил, что, находясь здесь уже несколько часов, еще не разу не покурил. И тут же захотелось курить, да так, что как говориться, «уши в трубочку свернулись».

Скала, на уступе которой я расположился, была частью небольшого, как мне показалось, горного массива, отделявшего дикий лес, из которого я вышел, от бескрайней саванны, простиравшейся на многие километры вокруг, по крайней мере настолько, насколько хватало моих глаз, вооруженных биноклем.

Лес, занимавший еще некоторое, совсем небольшое, пространство возле скального массива, постепенно, километра через два-три переходил в то, что я для себя окрестил как саванна. Выглядело это как степь, перемежавшаяся отдельно стоящими крупными деревьями, либо небольшими группами кустарников и мелких деревьев, ровная как стол, и уходящая за горизонт. Своеобразной границей, между лесом и саванной была большая и полноводная река, которая текла слева направо, и в которую скорее всего впадала и та речка, на которой я обосновался, когда только попал в этот мир. Кстати, название ей я для себя так и не дал, речка и речка, хотя по своим размерам она ненамного уступала этой реке, странно, названия давать всему что попадется я люблю. Слева обзор перекрывал тот самый город, на который я любовался уже пару часов, после того как забираясь вверх, чтобы «улучшить обзор окрестностей», сначала увидел его, а потом обнаружил природную площадку, на высоте где-то трех сотен метров от земли. Обнаружил ее случайно, и очень рад был этому. Площадка была метров трех в окружности, условно, конечно, так как естественно не обладала фигурой ровного круга, но примерно такая по площади.