В огороде бузина

Постояв пару минут, Римма Васильевна почувствовала, что пора начинать диалог, не дожидаясь размотки туловища Лехи до человекообразного состояния.

«Леша, мне Ромика нужно спрятать, пусть поживет у тебя пару неделек, по хозяйству поможет тебе, он знаешь какой рукастый!» – женщина выжидательно уставилась на глаза Лехи внутри клубка из рук, ног, пальцев и пяток. Глаза задумчиво моргнули, услышав про помощь по донельзя аскетичному хозяйству.

«Ну, или расскажешь ему про здоровый образ жизни», – Римма Васильевна хорошо помнила, как несколько лет назад, Леха носился по поселку с идеей создать общество ЗОЖников, желающих, почему-то, не нашлось.

Активного приверженца правильного питания и отказа от вредных привычек уже стали гнать из каждой хаты, прерывая его проповеди отборным матом и обещая дать в глаз.

После этого Леха замкнулся, ушел в себя и стал вести затворнический образ жизни. Жители поселка вздохнули облегченно, на всякий случай, обходя жилище отшельника стороной, абы не возродить, ненароком, его миссионерские амбиции.

Идея получить безропотные «уши» на две недели пришлась активисту духовных практик по вкусу. Он постепенно, расправляя затекшие члены, обретал внешний образ, изначально задуманный всевышним.

«Приводите!» – отчетливо произнес йог и растянулся на циновке в позе «шавасана», для полнейшей релаксации, закрыв глаза. Гостья поняла, что аудиенция закончена и покинула помещение.

Ближе к полуночи, в тайне от посторонних глаз, в непроглядной темноте, по поселку крались две фигуры.

Мужчина и женщина сошли с дороги и вскоре полностью растворились в ночных сумерках. Конечным пунктом их перемещения был дом на самом берегу реки- гостеприимная обитель йога Лехи.

Зайдя в дом, наша парочка, в кромешной темноте, почти на ощупь, обнаружила тело хозяина на коврике, в таком же положении, в котором его покинула Римма Васильевна. электричество, как оказалось, Леха не употреблял из-за каких-то особых идеологических соображений. Сейчас его тело равномерно дышало, но других признаков жизни не проявляло, видимо достигнув, хоть и не вечной, но довольно продолжительной нирваны.

Знакомая не понаслышке с причудами хозяина дома, Римма Васильевна расположила любимого в одном из углов помещения, благо свободного места было предостаточно. Зная о затруднительном положении у Леши с мебелью, как, впрочем, и со всеми остальными предметами столь ненавистного йогом быта, женщина прихватила небольшой тюфячок и другие постельные принадлежности.