Мост Дьявола

Ради моей дочери, которой сейчас столько же лет, как и этой истерзанной девочке, лежащей на анатомическом столе в морге.

– С вами все в порядке? – тихо спрашивает Люк. Я киваю, не глядя на него.

Мрачное настроение ощутимо давит на нас, такое же безрадостное, как и серая ноябрьская погода на улице. Доктор Бекманн совершает внешний осмотр, передавая свои действия на звукозаписывающее устройство, установленное у нее над головой.

– Дело № 97–2749–33, – произносит она хриплым голосом курильщицы. – Покойная женского пола, южноазиатской внешности.

Рост пять футов шесть дюймов. Вес 182 фунта.

Вот во что превратилась Лиина.

Порядковый номер. Покойная. Низведенная до описания внешности, параметров роста и веса.

– Очевидно, покойная подверглась жестокому избиению, – продолжает Бекманн. – Наиболее явные следы на лицевой части черепа. Синяки, шишки, резаные раны образуют почти сплошную маску, вплоть до черепной кости… Нос выглядит сломанным. Кожные покровы запачканы землей и каменной крошкой.

Далее патологоанатом изучает нежную кожу на внутренней поверхности рук Лиины. Ее прикосновения кажутся почти ласковыми.

– Следы от уколов отсутствуют. Нет явных признаков употребления наркотиков. – Срабатывает вспышка фотокамеры. – Внешняя сторона рук частично ободрана.

– Защитные травмы? – спрашивает Люк.

– Вполне возможно, – отвечает Бекманн, – она осматривает кисти и пальцы рук. – Сломанные и сорванные ногти, – ее внимание переключается на остальную часть тела. – Внешние признаки каких-либо болезней отсутствуют.

Девушка выглядит здоровой.

Очередная вспышка камеры. Я замечаю, что у Такера дрожат руки. Его лоб блестит от пота. Я ощущаю запах его стресса, несмотря на густые слои формальдегида и дезинфицирующей жидкости в холодном помещении.

Тем не менее руки доктора Бекманн остаются твердыми, а лицо спокойным. Это уважаемый специалист в своей области. Во время поездки из Твин-Фоллс Люк рассказал мне, что доктор Бекманн приобрела опыт исследования колотых ранений, изучая проколы при обработке свиной шкуры.

Она научилась определять признаки утопления, изучая легкие утонувших кошек. Параллели с тем, как серийный убийца может осваивать и совершенствовать свое ремесло на мелких животных, не ускользают от меня. Пока Люк рассказывал мне об этом, он смотрел на меня и улыбался. И я поняла, что, несмотря на суровый вид и устрашающий опыт, сержант О’Лири был славным парнем и добродушно пытался успокоить меня перед вскрытием.